Патриарх Кирилл и журнал «Форбс Франс»: 5 вопросов и 5 ответов

Предстоятель РПЦ Кирилл рассказал об отношении Церкви к бизнесу и экономике. Фото: СПЖ

Предстоятель РПЦ рассказал одному из ведущих западных СМИ то, о чем Церковь говорит редко, но что интересует многих – отношение к деньгам, бизнесу, и экономике в целом.

20 ноября 2021 года Патриарху Русской Церкви Кириллу исполнилось 75 лет. Незадолго до юбилея французское агентство журнала Forbes опубликовало интервью с Предстоятелем РПЦ, в котором он рассказал об отношении Церкви к «внешнему миру»: экономике, олигархам, цифровым технологиям и прочее. Предлагаем анализ вопросов, заданных корреспондентом известного бизнес-издания и ответов Святейшего Патриарха.

Скриншот интернет-версии журнала «Форбс Франс»

Дословно текст вопросов и ответов мы приводить не будем, а постараемся понять их смысл в контексте сегодняшней ситуации, которая сложилась в сфере коммуникации Церкви и секуляризированного общества. С русским переводом интервью можно ознакомиться на официальном сайте РПЦ.

Журнал «Форбс», краткая справка

Журнал «Форбс» был основан Берти Форбсом в 1917 г. в США. На сегодняшний день является одним из наиболее авторитетных экономических и финансовых изданий в мире с тиражом более 650 тысяч экземпляров и общей аудиторией в 6,3 млн человек. Это один из рупоров капитализма как глобальной идеологии. Девиз журнала именно такой: «The Capitalist Tool» («Инструмент капиталиста»).

Беседа корреспондента «Форбс Франс» Бэзила Марина со Святейшим Патриархом представляла собой диалог между человеком, мыслящим в парадигме капитализма и носителем иного, религиозного сознания.

Вопрос 1: Церкви предлагается сформулировать экономическую модель

В своем первом вопросе Бэзил Марин по сути дела предложил Патриарху Кириллу сформулировать новую экономическую модель, отличную как от капиталистической, так и от той, которую он назвал «революционным марксизмом». Церковное же учение в социально-экономической сфере корреспондент «Форбс Франс» назвал «альтруистической доброжелательностью». Сам вопрос был сформулирован следующим образом:

«Экономическая наука постулирует естественный эгоизм человека, который стремится только к максимизации индивидуального удовольствия, часто посредством греха. Каким образом альтруистическая доброжелательность может предложить третий путь между гиперматериалистическим капитализмом и революционным марксизмом?»

Здесь следует заметить, что Предстоятелю Поместной Церкви предлагается вопрос, который совсем не входит в сферу церковной деятельности в нашем земном мире. Церковь соединяет людей со Христом, Она показывает человеку путь в Царство Небесное, и Она вовсе не собирается предлагать миру третий, четвертый или десятый путь экономического развития. Спасение человека и его жизнь по евангельским заповедям возможны при любой экономической модели и любой форме государственного устройства. Своим вопросом корреспондент навязывает Патриарху диалог в собственной системе координат. Но Святейший Патриарх пытается на понятийном языке Бэзила объяснить ему и читателям журнала, что мировоззрение Церкви совсем иное. Он говорит: «Разве не нравственная деградация обезбоженного общества, порождающая безудержное стремление к обладанию материальными благами, к обогащению любыми средствами, включая обман, коррупцию, криминал, несправедливое распределение сверхприбылей, и является источником кризиса?»

То есть причины экономического кризиса, в который все больше погружается сегодняшний мир – это отказ человечества от веры в Бога и, как следствие, – нравственная деградация, которая в свою очередь ведет к тем негативным социальным явлениям, которые перечислил Патриарх Кирилл. Церковь не может предложить обществу «третий путь», но, по словам Святейшего Патриарха, «долг Церкви призвать тех, в чьих руках рычаги экономической власти, осознать свою ответственность перед Богом, Его творениями и людьми и засвидетельствовать это через реальную заботу о благополучии трудящихся». В рамках какой экономической модели это будет делаться, Церковь сказать не может, но Церковь может предложить то основание, на котором можно построить как эффективную экономическую модель, так и гармоничное общество.

Есть только один действенный способ преодолеть современный социальный и экономический тупик – руководствоваться словом Божиим везде, где у человека есть выбор.

Патриарх Кирилл

«Церковь обращается к человеку, будь он предприниматель, банкир, рабочий или крестьянин, опираясь не на ту или иную политико-экономическую платформу, а на Евангелие. Есть только один действенный способ преодолеть современный социальный и экономический тупик руководствоваться словом Божиим везде, где у человека есть выбор, или где он должен его отстаивать», – сказал Патриарх Кирилл.

Вопрос 2: ростовщичество и жадность олигархов

Бэзил Марин, кажется, понял, что Церковь – это не тот институт, от которого уместно требовать формулирование экономических теорий, поэтому свой второй вопрос он предваряет замечанием о том, что «христианские лидеры не являются профессиональными экономистами», однако затем просит Патриарха Кирилла выразить свое мнение по поводу катастрофы в экономике в 90-е годы и ее последующего восстановления. Вопрос звучал так: «Скажете ли Вы, что экономический и социальный хаос в России в 1990-х годах был вызван чрезмерной жадностью российских олигархов (которые ограбили российское государство) и западных банкиров (которые довели его до банкротства)?»

Поразительно точное определение произошедшего!

Сама формулировка вопроса свидетельствует, что корреспондент уже начал связывать экономическую ситуацию с нравственными качествами людей, от которых эта ситуация зависела. Но Святейший Патриарх ведет Бэзила Марина еще дальше и показывает ему, что нужно смотреть не столько на экономическую катастрофу в 90-х, сколько на причины исправления ситуации, а они опять-таки лежат в духовной плоскости. «Российскому государству удалось во многом преодолеть последствия экономического и социального коллапса 1990 годов, и я верю, что это было бы невозможно без Божией милости к нашему народу, прошедшему через времена гонений за веру. Ведь разрушение сложившегося в советские годы уклада жизни, <…> проходило параллельно с созиданием церковной жизни, возвращением к духовным традициям. Убежден, что процессы духовного возрождения нашего народа, назревшие в 90-х и заложили основу положительных явлений в экономике и социальной жизни в 2000-е годы».

Патриарх Кирилл согласился, что «да, 1990-е годы были в России временем разгула страстей, в том числе неуемной жадности. Обогащение считалось единственной ценностью, ради достижения которой любые средства были хороши». Но вместе с тем именно в 90-е годы были восстановлены тысячи храмов, сотни монастырей, огромное число людей пришло к православной вере, и именно это, а не что иное стало истинной причиной того, что и экономическая ситуация стала улучшаться.

Что же касается взимания банковского процента, то Патриарх обратил внимание лишь на то, что множество людей страдает от деятельности микрофинансовых организаций, дающих деньги в долг на короткий срок и под огромный процент, но ничего не сказал касательно самого принципа ростовщичества. Священное Писание Ветхого Завета отвечает на этот вопрос так: «Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего‐либо другого, что можно отдавать в рост; иноземцу отдавай в рост, а брату твоему не отдавай в рост, чтобы Господь, Бог твой, благословил тебя во всем, что делается руками твоими, на земле, в которую ты идешь, чтобы овладеть ею» (Втор. 23:19,20). Как это указание можно применить сегодня – отдельный и очень спорный вопрос, далеко выходящий за рамки данного интервью. Однако, следует заметить, что мусульманские банкиры все же умудряются исполнять это предписание на практике.

Вопрос 3: возможна ли «виртуальная церковь» и православное предпринимательство?

Вопрос Бэзила Марина: «Многие священники во время изоляции во Франции начали проводить виртуальные мессы, что протестантские телепроповедники делали в течение многих лет. Поощряете ли Вы эти инициативы в Православной Церкви, которая, как известно, довольно консервативна в вопросах литургии? Что нужно для создания истинно православного предпринимательства? Можем ли мы примирить традиции и инновации?»

Вопросов было задано сразу несколько, и Патриарх Кирилл ответил на все. Он сказал, что инновации инновациям рознь. Одни из них Церковь может взять на вооружение, а другие – категорически нет. «Церковь всегда охотно использовала новые технологии в области книгопечатания или архитектуры, и сегодня использует электронные технологии для проповеди слова Божия, активнейшим образом развивается сообщество священников-блогеров, создаются и мобильные приложения миссионерской направленности», – считает Предстоятель РПЦ.

Однако, что касается «виртуальной церкви», то тут ситуация иная. «Для нас "виртуальная церковь" это суррогат, который не может вместить всей полноты человеческого и богообщения…», – сказал Патриарх Кирилл. В виртуальном пространстве невозможно совершать Таинства, да и полноценная молитва, по большому счету, невозможна, хотя, по мнению Святейшего Патриарха, просмотр интернет- или телетрансляции реального богослужения все же лучше, чем ничего.

Для нас «виртуальная церковь» — это суррогат, который не может вместить всей полноты человеческого и богообщения.

Патриарх Кирилл

Православное предпринимательство возможно, как и любая другая трудовая деятельность, если она совместима с Евангельским учением. Патриарх Кирилл сообщил корреспонденту, что в России существует «Союз православных предпринимателей», и в рамках этой организации принят «Этический кодекс православного предпринимателя». Интересно было бы узнать о результатах применения этого кодекса, хотя, конечно, это также выходит за рамки интервью.

Вопрос 4: аскетизм и ограничение потребностей

Вопрос Бэзила Марина: «Какой аскетизм или дисциплину Вы бы порекомендовали русскому православному предпринимателю, готовому служить обществу?»

Отвечая на этот вопрос, Патриарх Кирилл дал интересное определение аскетизму: «Христианский аскетизм это искусство совмещения высокого внутреннего напряжения, обусловленного стремлением к исполнению заповедей Христовых, с реалиями современной жизни».

Здесь есть о чем поразмышлять. Многие верующие, познакомившись с творениями великих христианских подвижников: Антония, Макария, Пимена, которых Церковь наименовала «Великими», а также иных отцов, приходили к недоуменному вопросу: как их учение можно применить в современной жизни? Слова Святейшего Патриарха Кирилла помогают найти ответ на этот вопрос. Во-первых, он говорит о том, что аскетизм – это искусство, а не слепое копирование. Во-вторых, это внутреннее духовное напряжение, некое состояние души, когда она не расслаблена и успокоена текущим положением дел, а наоборот, стремится к чему-то, хочет чего-то достичь и готова предпринимать для этого определенные усилия. В-третьих, то, к чему должна стремиться душа – это исполнение Христовых заповедей, как проявление любви к Богу. «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14:15), – сказал Господь. И в-четвертых, конкретные формы аскетизма зависят от реалий современной жизни. Они, естественно, иные, чем были у святых отцов, следовательно, и формы современного аскетизма будут отличаться, оставаясь при этом все тем же исполнением заповеди Христовой о любви к Богу и ближнему.

Поскольку вопрос был задан в контексте предпринимательства, Святейший Патриарх дает практические наставления, как может человек, занимающийся бизнесом приступить к этому аскетическому деланию: «Любая дорога начинается с первого шага. Пусть этим первым шагом для предпринимателя станет осознанная помощь ближайшему храму, детскому дому, богадельне, центру помощи молодым матерям и другим людям, которые находятся в далекой от нормы жизненной ситуации».

И что, наверное, было самым удивительным для корреспондента «Форбс Франс», так это то, что Святейший заострил его внимание на том, что аскетизм сам по себе не имеет никакой ценности: «Надо помнить, что аскетичность это лишь средство, воспитывающее в человеке любовь к ближнему. Если аскеза есть, а любви и желания помогать ближнему нет, то самоограничения бессмысленны». Более того, аскетизм без любви может стать путем в погибель: «Известны и те, у кого личная аскеза становится некой самоцелью, выражением гордыни».

Можно ли было продолжить эту мысль и сказать словами преподобного Серафима Саровского: «Молитва, пост, бдение и всякие другие дела христианские, сколько не хороши они сами по себе, однако не в делании только их состоит цель нашей христианской жизни, хотя они и служат необходимыми средствами для достижения ее. Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого Божьего»? Патриарх об этом не сказал, и, возможно, это было бы уже слишком возвышенно для корреспондента бизнес-издания.

Надо помнить, что аскетичность – это лишь средство, воспитывающее в человеке любовь к ближнему. Если аскеза есть, а любви и желания помогать ближнему нет, то самоограничения бессмысленны.

Патриарх Кирилл

Вопрос 5: капитализм и семья

Вопрос был задан в настолько интересной форме, что имеет смысл привести его полностью.

Бэзил Марин: «Если до 1970-х годов западный капитализм производил продукты для семейного потребления, такие как семейные фильмы, семейные квартиры, настольные игры для семей, то за последние сорок лет появились потребительство и более индивидуализированные модели потребления. Квартиры меньше, сайты знакомств обслуживают непостоянных одиночек, а смартфон, символ последнего десятилетия, является наиболее существенным личным предметом. Эта тенденция была еще более жесткой в посткоммунистической России, причем вся эволюция произошла всего за последние двадцать лет. Является ли это развитие неизбежным? Как примирить капитализм и семью?»

Святейший Патриарх согласился с такой постановкой вопроса, заметив, что в семье человек должен учитывать мнение своих ближних, в чем-то уступать, поступаясь при этом какими-то своими желаниями и приоритетами, а при индивидуализированном потреблении он может полностью удовлетворят именно свои желания и прихоти, не обращая внимания на потребности ближних. Такое паразитирование бизнеса на чувстве эгоизма приносит максимальную прибыль сегодня, однако в долгосрочной перспективе – это тупиковый путь развития. И Святейший Патриарх объяснил это очень просто: «Но для капитализма есть "маленькая" проблема: эгоисты не размножаются. У них нет в этом никакой потребности. Количество потребителей неуклонно снижается, ведь даже при самом высоком качестве жизни человек смертен. Таким образом, капитализму, который не умеет "производить людей", поощряя семейные ценности, приходится завозить новых потребителей извне. Из тех регионов, где действуют другие модели поведения. Хотя бы опять собирать с них выручку. Эта нисходящая спираль, которая неизбежно закончится крахом».

Отсюда вывод – единственный выход как для бизнеса, так и для общества в целом – это «понимание того, что семья это базисная ценность, а не товар или услуга. В нее надо вкладывать ресурсы, материальные, моральные, ее надо защищать и поддерживать. К такому выводу приходят все больше людей и в странах Запада, осознавая, что без традиционной семьи невозможно будущее человечества». Пока таких людей на Западе, да и в наших странах не так много, чтобы они могли сделать институт семьи и иные традиционные ценности доминирующими в обществе. Скорее наоборот, мы видим, как институт семьи планомерно разрушается, ему на смену приходят всякие суррогаты и извращения, но хотелось бы верить, что в обозримом будущем слова Патриарха Кирилла окажутся пророческими, и человечество вернется к своему традиционному укладу и своим истинным ценностям.

Без традиционной семьи невозможно будущее человечества.

Патриарх Кирилл

Некоторые общие выводы

Во-первых, по тем вопросам, которые были заданы Святейшему Патриарху Кириллу мы видим, что западное общество относится к Православию с интересом. От лидера крупнейшей Поместной Православной Церкви аудитория одного из ведущих экономических журналов хочет узнать, как Церковь относится к фундаментальным экономическим феноменам: ростовщичеству, потреблению, прибыльности и так далее. От Патриарха даже хотят услышать, какую экономическую модель следует взять на вооружение человечеству.

Во-вторых, представители современного секулярного общества и люди с религиозным мировоззрением разговаривают на разных языках, в том смысле, что у них разные ценности, разное представление о законах бытия и разная точка зрения на цели человеческого существования. С одной стороны, это препятствие для общения, но с другой – возможность проповеди христианства.

В-третьих, с представителями западного общества и носителями западного либерального менталитета разговаривать можно и нужно. Объяснять им основополагающие принципы христианства, раскрывать перед ними евангельские истины и при этом не заниматься тем, что в Евангелии называется «метать бисер перед свиньями». Да, для этого нужно определенное искусство, но ведь миссионерство никогда не было простым делом.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Как вы относитесь к извинениям папы римского перед православными за ошибки католиков?
извинения – это хорошо, вижу в этом дружественный знак
5%
пусть откажется от догматов РКЦ, тогда поверю
35%
это просто дипломатическая вежливость
60%
Всего проголосовало: 456

Архив

Система Orphus