Без православных, но с католиками: к какому единству стремится Фанар?

Фанар и Ватикан движутся к евхаристическому единству? Фото: СПЖ

На престольный праздник Фанара не приехал практически никто из Православных Церквей. Не было и представителей ПЦУ. Зато присутствовала делегация РКЦ. Что это означает?

30 ноября 2020 года Константинопольский патриархат отмечал свой главный праздник – апостола Андрея Первозванного. Торжества традиционно прошли на Фанаре.

Само богослужение было совершено патриархом Варфоломеем в сослужении двух иерархов Фанара – митрополита Иконийского Феолипта и митрополита Селеврийского Максима. 

На богослужении, согласно пресс-релизу Константинопольского патриархата, присутствовало несколько иерархов: митрополит Деркский Апостол, митрополит Филадельфийский Мелитон, митрополит Мириофитский Ириней, митрополит Хризостом Мирликийский, митрополит Галлипольский Стефан, митрополит Кидониесский Афинагор, викарный епископ патриарха Адриан Галикарнасский, викарный епископ патриарха Вениамин Тралльский, викарный епископ Дафнусийский Смарагд.

Все эти архиереи принадлежат к Фанару. Подавляющее большинство их – либо титулярные (как Феолипт, Мелитон, Хризостом и Стефан), либо – викарные (Адриан, Вениамин, Смарагд). Здесь нужно заметить, что титулярным епископом называют архиерея, который носит исторический титул несуществующего города, либо города, находящегося на неправославной территории, доступ к которой православному епископу невозможен.

Так вот, из иерархов, присутствующих на празднике Константинопольского патриахата, правящими архиереями можно назвать только Силиврийского Максима, Деркского Апостола и Кидониесского Афинагора. Из них только у митрополита Апостола в епархии имеется 5 православных общин. Все остальные вышеперечисленные иерархи почти не имеют ни действующих храмов, ни фактических приходов.

За большинством иерархов Константинопольского патриахата нет реального количества общин. Многие его епископы, в лучшем случае, представляют несколько десятков прихожан. Они не могут, ни в прямом, ни в переносном смысле этого слова, диктовать свою волю Православному миру.

Столь подробное описание присутствующих на главном празднике Фанара архиереев нам нужно для того, чтобы понять – за иерархами Константинопольского патриахата нет реального количества общин. Все эти епископы, в лучшем случае, представляют несколько десятков прихожан. Они не могут, ни в прямом, ни в переносном смысле этого слова, диктовать свою волю Православному миру, или решать вопросы огромной вероучительной и канонической важности.

Кроме того, на празднике в честь апостола Андрея в 2020 году, в отличие от предыдущих лет, не присутствовал ни один Предстоятель Поместных Православных Церквей. За исключением архиепископа Анфидонского Нектария (Иерусалимская Церковь), не было даже представителей Поместных Церквей.

Конечно, такую скудность братского общения можно было бы списать на пандемию. Дескать, «хотели приехать, но не смогли». Если бы не одно «но» – на праздник, несмотря на пандемию, смогли приехать представители автономной Финляндской Церкви и достаточно большая делегация Римско-католической церкви.

Фанар и Ватикан: движение к одной цели

Присутствие финнов объяснимо. Во-первых, они целиком и полностью зависимы от Фанара. Во-вторых, у Финнской Церкви сейчас серьезные внутренние проблемы, и ее руководству просто необходима демонстрация лояльности к Фанару.

А вот присутствие на богослужении католиков объясняется совсем иными мотивами. В последние несколько лет Фанар ускоренными темпами движется к единству с Римом. Это выражается не только в обмене подарками и делегациями, но и через конкретные высказывания, смысл которых сводится к неизбежному и скорому евхаристическому единству между этими структурами.

Так, в письме на имя патриарха Варфоломея, папа римский Франциск отметил, что «отношения между Католической Церковью и Вселенским Патриархатом значительно выросли за последнее столетие». Он подчеркнул, что «мы продолжаем стремиться к цели восстановления полного общения, выраженного через участие в одной евхаристической трапезе» и «хотя препятствия остаются, я уверен, что следуя вместе во взаимной любви и продолжая богословский диалог, мы достигнем этой цели». 

Мы продолжаем стремиться к цели восстановления полного общения, выраженного через участие в одной евхаристической трапезе... Уверен, что следуя вместе во взаимной любви и продолжая богословский диалог, мы достигнем этой цели.

Папа римский Франциск

Данное утверждение целиком и полностью в своем ответном слове поддержал патриарх Варфоломей. Более того, он очертил путь, шествием по которому, видимо, эта цель будет достигнута: «Мы выходим за рамки богословского минимализма и экуменического утопизма, проявляя реализм и веру в провидение Бога».

Что именно имеет ввиду глава Фанара, делая подобное заявление, догадаться нетрудно. Чуть раньше в своем слове, обращенном через кардинала Курта Коха к папе римскому, он сказал, что в богословском диалоге с католиками есть «трудности, которые периодически возникают».

Эти «трудности», по мнению патриарха Варфоломея, связаны «со сложностью обсуждаемых вопросов, которые на протяжении многих веков занимали и разделяли как Церковь, так и богословие». Напомним, что среди этих «обсуждаемых вопросов» есть такие как римско-католический догмат о филиокве, догмат о «непорочном зачатии Девы Марии», о «непогрешимости папы римского экс катедра». Без решения данных вопросов любой богословский диалог с католиками невозможен. И именно они отделили РКЦ от Православия. Однако на Фанаре, по-видимому, уже пришли к выводу, что эти вопросы входят в область так называемого «богословского минимализма», и существенного значения не имеют.

Нечто подобное уже звучало из уст фанариотского предстоятеля. И, хотя эти слова были сказаны 100 лет назад, именно их в качестве обоснования своей позиции, а также для примера решения «богословских разногласий», патриарху Варфоломею напомнил папа Франциск:

«Стремление к еще большей близости и взаимопониманию между христианами проявилось в Константинопольском Патриархате еще до того, как Католическая церковь и другие церкви вступили в диалог. Это ясно видно в энциклике Священного Синода Вселенского Патриархата, адресованной церквям всего мира ровно сто лет назад. Действительно, его слова остаются актуальными и сегодня: "Когда несколько Церквей вдохновлены любовью и ставят ее выше всего остального в своих суждениях о других и по отношению друг к другу, они смогут вместо того, чтобы увеличивать и расширять существующие разногласия, уменьшать их"».

Вот так – разногласия, богословские в том числе, уменьшаются не путем их разрешения, а через устранение при помощи «любви», которая «выше всего остального».

«Мы выходим за рамки богословского минимализма и экуменического утопизма, проявляя реализм и веру в провидение Бога».

Патриарх Варфоломей – папе Франциску

С другой стороны, в своем слове патриарх Варфоломей отверг «экуменический утопизм». В чем он заключается? Видимо, в стремлении к единству через богословский диалог, участие в конференциях, встречах и прочем. Вместо этого «утопического» пути глава Фанара предлагает проявить «реализм». Означает ли это необходимость приступить к совместному служению евхаристии с католиками? Судя по высказываниям последних лет, как со стороны Фанара, так и со стороны Ватикана, все к этому идет.

Объясняя свою позицию сразу после призыва к «реализму» патриарх Варфоломей заявил, что согласно «Святому и Великому Собору Православной Церкви (Критский собор 2016 года, – Ред.), общей целью богословских диалогов является окончательное восстановление истинной веры и любви к единству», при этом «цель всех диалогов одна и та же».

Но, судя по количеству присутствующих на главном празднике Фанара иерархов других Поместных Церквей, такая «цель» поддержки в мировом Православии не находит. По крайней мере, пока.

Где же ПЦУ?

Интересно, что в этом году на празднике в честь апостола Андрея Первозванного не присутствовал никто из представителей ПЦУ. Объяснить их отсутствие пандемией нельзя. Во-первых, потому что на Фанар приехала делегация из Украины во главе с Денисом Шмыгалем, а во-вторых, пару недель назад «иерархи» и «священники» ПЦУ во главе с Драбинко принимали участие в хиротонии экзарха для Украины Михаила Анищенко.

Отсутствие отечественных раскольников выглядит еще более странным, если учесть, что во время литургии 30 ноября Шмыгаль читал на украинском языке «Символ веры» и «Отче наш». Кроме того, несколько возгласов фанариоты произнесли на церковно-славянском языке (видимо, не имея под руками украиноязычных служебников, что указывает на их «заботу» как «материнской церкви» об Украине).

Религиозная принадлежность Шмыгаля неизвестна. Но зато известна религиозная ориентация – в сторону УГКЦ и ПЦУ. Почему же никто из представителей новосозданной организации не сопровождал его на Фанар? Тем более, что в прошлом году во время этого же праздника в фанариотской литургии поучаствовал Евстратий Зоря и поприсутствовал Михаил Зинкевич.

Как нам кажется, причин такому положению вещей есть, как минимум, две.

Первая из них заключается в том, что сослужение исключительно с украинскими раскольниками и своими титулярными епископами во время главного праздника Константинопольского патриархата слишком явно указывало бы на то положение, в котором оказался на сегодняшний день патриарх Варфоломей из-за Томоса. Другими словами, если бы представители ПЦУ все-таки приехали, то глава Фанара вынужден был бы служить с ними и только с ними. То есть, картинка была бы непривлекательной – православных нет, зато есть раскольники из ПЦУ и католики. Попасть в данное положение ему очень не хотелось, вот он и решил обойтись без своих «чад», заменив их отсутствие несколькими возгласами на церковно-славянском языке и чтением молитвы «Отче наш» на украинском.

Во-вторых, давайте вспомним неловкую ситуацию, которая возникла в прошлом году в день небесного покровителя патриарха Варфоломея. Тогда поздравить главу Фанара приехал предстоятель Элладской Православной Церкви архиепископ Иероним. Однако, неожиданно для всех, на вечернем богослужении появился Епифаний Думенко. В результате архиепископ Иероним поспешно покинул Стамбул, а утром, на литургии, не служил никто из иерархов, в том числе, сам патриарх Варфоломей. Его позиция ясна – или служим с Думенко, или не служим вообще. Архиереи выбрали последнее. Скорее всего, для того, чтобы избежать подобных ситуаций, Поместные Церкви и решили не направлять в Стамбул своих представителей.

Кроме того, давайте не забывать, что в этот день на Фанаре были представители автономной церкви Финляндии. А значит, если бы кроме них там же присутствовали украинские раскольники, то это бы могло послужить лишним подтверждением факта полной зависимости ПЦУ от Стамбула.

Выводы

В итоге мы видим, что патриарх Варфоломей даже в главный праздник Константинопольского патриархата служит с двумя (фактически викарными) епископами. Видим, что не только ни один Предстоятель не приехал к нему на праздник, но и представителей Поместных Церквей там не было (за исключением Иерусалимского Патриархата и то, только по той причине, что архиепископ Нектарий – это представитель Святогробского братства в Стамбуле).

Привела к этому папистская политика Фанара последних лет. Утверждая свои «привилегии», патриарх Варфоломей не считается с мнением других Предстоятелей. Для него понимание всеправославного единства мыслится исключительно в рамках подчинения всех Церквей «первому престолу» (как называют Фанар сами фанариоты). Это не единство веры, основанное на Предании Церкви, и не единство взаимоуважения, основанное на канонах Церкви, а «единство» подчинения. По образу и подобию Ватикана.

Для Фанара понимание всеправославного единства мыслится исключительно в рамках подчинения всех Церквей «первому престолу». Это не единство веры, основанное на Предании Церкви, и не единство взаимоуважения, основанное на канонах Церкви, а «единство» подчинения. По образу и подобию Ватикана.

С другой стороны, утверждая свои амбиции в среде Православных Церквей и буквально вынуждая их принимать решения, противоречащие учению Церкви и иерархической совести, патриарх Варфоломей стремится к единству с католиками. В этом случае, как говорит и он, и папа Франциск, понимание единства основывается на «любви», которая подразумевает устранение всех «препятствий» (богословских, в первую очередь) для реализации одной цели – служения евхаристии с папой.

Остановить патриарха Варфоломея от стремительного падения в пропасть вероотступничества и общения с католиками и раскольниками просто некому. Ведь согласно «Посланию Восточных Патриархов» «хранитель благочестия (веры) у нас является самое тело Церкви, т.е. самый народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцев его». Но, как мы видели выше, своей паствы у фанаритов нет, а к пастве других Церквей – они глухи и безразличны, руководствуясь в этом случае словами фарисеев, которые утверждали, что «народ невежда в законе» (Ин. 7, 49).

Не против единства с католиками и украинские раскольники. Они уже не стесняясь «служат» совместные панихиды и молебны, а также делают заявления о «единой Киевской церкви» с общим (для УГКЦ и ПЦУ) «патриархом» во главе. Поэтому и стремления Фанара для них близки и понятны.  

Однако, в конце концов, из-за собственной гордыни и надменности, из-за богословской и духовной слепоты, Фанару только и останется, что «литургисать» с раскольниками и католиками. Потому что, в случае совместной евхаристии Фанара с РКЦ, православные архиереи с ним служить не будут – каноны Церкви не позволят.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Система Orphus