Предпасхальная атака на Церковь: причины и следствия

В Украине перекапывают входы в храмы УПЦ. Фото: СПЖ

Чиновники угрожают Церкви расправой. При этом они нарушают законы государства. Почему это проиходит?

Чем ближе Пасха, тем ожесточеннее становятся атаки на Украинскую Православную Церковь. Обвинения СМИ в несоблюдении карантина, злорадство по поводу заболевших архиереев, откровенное ликование при сообщениях о заразившейся братии Киево-Печерской лавры, угрозы отобрать монастырь в УПЦ. Все это грязное информационное болото излучает волны истерики и откровенной злобы против Церкви, которые к концу Страстной седмицы достигли ошеломляющего накала и вылились в конкретные действия местных властей в некоторых регионах страны.

Людей церковных нынешние события не удивляют. Так было всегда: чем ближе Пасха Христова, тем сильнее ненависть к Воскресшему и Его Церкви. Но почему всего год после томосных бесчинств мы снова вынуждены говорить о том, что представители власти (не говоря уже о СМИ) могут вот так запросто и безнаказанно нарушать законы европейского демократического государства Украина?

Актуализация истории

В Вербное Воскресение Христос триумфально вошел в Иерусалим. Толпы народа встречали Его с криками «Осанна в вышних! Благословен, грядый во имя Господне!». Людям тогда казалось, что исполнились их мечты и чаяния, и долгожданное избавление от римского владычества наконец-то пришло. Во Христе видели в первую очередь политика – человека, который вернет былую при Соломоне и Давиде славу Израилю. Освободит от позорной для иудеев покорности Риму и дарует материальное изобилие и физическое здоровье. Тем более, что накануне Он воскресил четырехдневного мертвеца Лазаря. Ученики Христа, возможно, радовались больше других, потому что ожидали особенного отношения к себе со стороны Царя Иудейского. Еще по дороге в Иерусалим они затеяли спор, кто из них будет больше после того, как Христос воцарится. Но услышали слова о служении и смирении…

Можно ли было себе представить, что уже через несколько дней та же толпа, те же люди, что постилали под ноги Христа свою одежду, будут требовать для Него самой страшной казни? Ведь не может же быть человеческая злоба такой жестокой, а неблагодарность – такой черной.

Оказывается, может. Евангельская история – эта сжатая в одну точку история человека, мира и Церкви. Нельзя сказать, что эта история все время повторяется, потому что те события в принципе неповторимы. Но, можно сказать, что она все время актуализируется. 

Актуальной она была в первые века существования христианства – когда римские императоры издавали указы о гонении на Церковь. Была она актуальной и позже. Особенно в этом смысле стоит вспомнить о гонениях на Церковь начала 20-х годов прошлого столетия со стороны советской власти.

Начиналось, вроде бы, все безобидно – от Церкви потребовали отдать в пользу государства все «ненужное» – утварь и украшения, не имеющие богослужебного использования. Это требование объяснялось благой целью – помощью голодающим Поволжья. Церковь ничего против не имела. Наоборот, еще перед декретом Ленина «об изъятии церковных ценностей», Святейший Патриарх Тихон обратился к пастве с призывом жертвовать материальные средства для того, чтобы спасти умирающих от голода сограждан. Епархии, храмы, отдельные верующие откликнулись на просьбу Патриарха с огромным воодушевлением – за короткий период Церковь собрала столько, что стала едва ли не самым большим благотворителем в государстве.

Этот факт вызвал недовольство среди высшего руководства СССР и лично Владимир Ленин, а также Зиновьев, Каменев и Троцкий выступили категорически против участия Церкви в сборе материальных средств. Зачем собирать, если можно отобрать? Скорее всего, именно так думали компартийные функционеры. Ситуацию с голодом, со всенародным горем, было решено использовать для борьбы с Церковью. И очень скоро был издан тот самый декрет, предписывающий «изъятие ценностей». На местах особенно ретивые исполнители этого декрета отнимали не только «ненужные» вещи, но и богослужебные или особочтимые предметы (например, чудотворные иконы или мощи святых), что, естественно, вызывало сопротивление верующих.

Наиболее серьезный конфликт произошел во время Великого поста 15 марта 1922 года, в среду перед Крестопоклонной Неделей на площади перед Воскресенским собором города Шуя, Иваново-Вознесенской губернии. Несколько тысяч верующих пришли для того, чтобы защитить собор от разграбления. Против них были выставлены милиционеры, красноармейцы и солдаты части особого назначения, которые открыли по верующим огонь. Погибло 4 человека, несколько десятков было ранено, а позже, 10 мая, уже после Пасхи, были расстреляны еще двое священников и два мирянина.

19 марта 1922 года Владимир Ленин в своём письме членам Политбюро большевистской партии призвал «дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий». По сути, этот призыв и положил начало широкомасштабным и систематическим гонениям на Церковь со стороны советской власти, продолжавшимся несколько десятилетий и унесших миллионы жизней тех, кто еще в детстве с бабушкой или родителями за ручку приходили в храм.

Когда читаешь об ужасах тех времен, невольно задаешь себе вопрос – а разве могло такое быть? Разве могла злоба человеческая до такой степени безумствовать? Но вспоминаешь предательство и казнь Христа и понимаешь – могла.

И еще один важный момент: те гонения устраивали не приезжие атеисты или богоборцы. Стрелять по верующим в Шуйске приказ пришел не из Москвы. Точно так же, как решения о расстреле священников в регионах, о казнях верующих и тюремных сроках для них, о разрушении храмов и монастырей принимали не столичные чиновники, а представители местных властей.

Понять, почему так происходит – не сложно. Враг рода человеческого пытается любыми способами уничтожить Истину и Церковь. Для этой цели он зажигает в сердцах людей ненависть и злобу, подвигает их на самые безумные поступки в отношении своих ближних. То, что очень часто все это происходит в период Великого поста, а злоба особенно усиливается перед Пасхой, только подтверждает тезис, приведенный нами выше – Евангельская история всегда актуальна.

Давление на Церковь: Днепр, Конотоп и другие

В связи с последними событиями в Украине мы с вами еще раз стали свидетелями той самой злобы, что распяла Христа. И это не громкие слова, а прискорбный факт.

Сегодня тоже находятся силы, которые пытаются использовать ситуацию с коронавирусом в своей борьбе против Церкви. Вольно или невольно, но некоторые местные чиновники фактически становятся в ряды тех, кто 2000 лет назад кричал Понтийскому Пилату – «распни Его!».

Несколько дней назад мэр Днепра Борис Филатов в печальных традициях советских борцов против Церкви отреагировал на богослужение, которое прошло в храме святого великомученика Пантелеимона на Вербное Воскресение. Сразу хотим подчеркнуть, что во время Литургии настоятель, братия и прихожане храма максимально пытались придерживаться всех карантинных предписаний. По словам настоятеля, богослужение прошло с соблюдением всем санитарных норм: «В храме прихожан не было. Для них на храме установлены акустические системы, чтобы они слышали ход службы. Все стояли во дворе на расстоянии двух метров друг от друга. Все были в масках».

Слова священника могут подтвердить не только прихожане, но и представители правоохранительных органов, которые в количестве 8 человек присутствовали на богослужении и никаких нарушений карантина не заметили. Еще раз подчеркнем – на территории храма присутствовали представители правопорядка, которые не зафиксировали нарушений каких-либо противоэпидемиологических предписаний. То же мы видим и на видео службы – верующие стояли на улице на необходимом расстоянии друг от друга. Практически все они были в масках.

Однако, это не помешало мэру Днепра Борису Филатову уже на следующий день написать гневный пост, в котором он пригрозил духовенству тем, что будет перекапывать входы к храмам, отключит электроэнергию и разорвет договора об аренде культовых сооружений: «Кроме штрафов от полиции и уголовных дел вы получите весь комплекс мероприятий от городской власти, откатанных на наливайках и пунктах металлоприема. Хотите сидеть без воды и света, с заложенными дверями и перекопанными дорогами? Мы вам все это обеспечим. Также ждите отмену документов по земле и любых разрешений на реконструкцию».

Борис Филатов сравнил храмы с «наливайками», а потом пошел еще дальше: «Я вас честно предупреждаю. И не поможет вам никто. Ни мои прекрасные отношения с Владыкой Иринеем, ни депутатское лобби, ни сам Господь Бог». Достаточно спорное утверждение, согласитесь. Спорное потому, что многие из тех, кто произносил ее в свое время, слишком часто убеждались в обратном – Бог помогает, и помогает самым невероятным образом.

Мы привыкли, что иногда власть имущие, чтобы покрасоваться перед избирателями, выстреливают в эфир громкими заявлениями. Но здесь все произошло иначе. Подчиненные Филатова восприняли его слова о том, что нужно перекопать подходы к храму, буквально. А может, последовало и конкретное распоряжение главы города.

Помощник Филатова Михаил Лысенко – главный коммунальщик Днепра, пригнал экскаватор с самосвалом и вырыл траншею перед «провинившимся» храмом УПЦ. Причем, как рассказали очевидцы, подчиненные Лысенко изначально намеревались прорыть траншею по периметру храма, чтобы полностью его блокировать. Однако оператор экскаватора и водитель самосвала, видя протесты прихожанок, которые фактически оказывались в изоляции, приняли решение прекратить работы и уехать. Тогда Лысенко изменил изначальный план, и его подопечные, вырыв незначительную яму перед воротами храма, «нашли» снаряд времен Второй мировой войны. Опять же очевидцы утверждают, что снаряд просто-напросто подбросили, о чем свидетельствует полное пренебрежение правилами техники безопасности со стороны представителей муниципальной полиции и коммунальной службы города – никто никого не эвакуировал, движение возле храма и в близлежащем жилом массиве перекрыто не было, а приехавший сапер просто вытянул из ямы какой-то предмет, похожий на снаряд, и небрежно бросил его в багажник своей машины. 

Перекопанный вход в храм святого великомученика Пантелеимона в Днепре. Фото: facebook Михаила Лысенко

О том, что все эти действия были обычной инсценировкой, просто чтобы проучить «провинившихся» православных, говорит стиль изложения этих событий самого Лысенко, который опубликовал по данному поводу пост в Фейсбук.

«Прошлой ночью, на меня снизошел дух. Да, технический дух водоканала. Дух сообщил мне, что скорее всего, вдоль этого храма, на глубине полутора метров, замироточила холоднокатаная труба диаметром 150 миллиметров. Токмо из намерений благих и побуждений праведных, я принял решение раскопать эту трубу дабы отделить зерна от плевел. Истинно говорю Вам, пришлось вырыть траншею вдоль въезда и входов в данное заведение».

Лысенко в издевательской манере дает понять читателям, что никаких технических причин копать траншею перед храмом не было. Более того, выражения «технический дух водоканала», «замироточила холоднокатаная труба» очевидно можно расценивать как богохульство. Не забыл Лысенко и об оскорблении религиозных чувств верующих. Как иначе можно трактовать наименование Чаши, в которой находится Тело и Кровь Спасителя, «чаном» и «бадьей»? «Служитель культа, при большом собрании людей с использованием одной ложки и одного чана на всех, наполнял уста и ротовые полости благочестивых и кротких мирян. Одной и той же ложкой, с одной и той же бадьи».

Читая риторику Днепровского чиновника, создается впечатление, что мы перенеслись на несколько десятилетий назад, в эпоху большевиков.

К угрозам днепровских чиновников присоединились и другие чиновники на местах. Так, мэр Конотопа Артем Семенихин дал своим подчиненным совершенно идентичное филатовскому распоряжение: «Пусть экскаватор перекапывает вокруг церквей Московского Патриархата дорогу, электрики пусть свет отключают, а водоканал воду пусть отключает у них. Пусть сейчас готовят решение на эту сессию, разорвать все договора аренды с московскими церквями».

Также Семенихин записал обращение к священникам УПЦ, в котором пригрозил батюшкам уже физической расправой: «Я вам говорю: я вам не дам спуска. Я знаю, что много верующих являются прихожанами Московского Патриархата. Вот как раз их от вас, московские священники, я и буду защищать. И поверьте, я с вас не слезу. Вы не рады будете, что вы ту рясу носите, если, не дай Бог, кто-то из людей заразится благодаря вам COVID-19».

Конотопского мэра, по его словам, возмутили листовки, в которых он увидел призыв со стороны представителей УПЦ приходить в храмы на Пасху. Однако, авторы листовок (распечатаны на бумаге без печати епархии или храма, без подписи духовенства – Ред.) всего лишь напоминают верующим о необходимости ношения медицинских масок и соблюдения дистанции в 2 метра, а также о том, что в храм можно заходить только по 2 человека и лишь для того, чтобы кратко помолиться и поставить свечи. Пожилых людей и людей с симптомами ОРВИ в тексте листовки призвали остаться дома и совершать келейную молитву. Верующих также предупредили, что освящение куличей начнут совершать еще в Великую Субботу, с 14:00 (такую практику растянутого во времени освящения предложили в некоторых местах, чтобы избежать большого скопления людей – Ред.). Что здесь говорит о нарушении карантинных предписаний? Ничего.

Дальше – больше. 13 апреля распоряжение о запрете богослужений издала глава села Кремидовка Лиманского района Евгения Реконвальд: «Приказываю: Настоятелю Свято-Покровской церкви Одесской епархии Украинской Православной Церкви Демьянику Михаилу Васильевичу запретить проведение всех религиозных мероприятий (богослужений, религиозных обрядов, церемоний и процессий в местах богослужений или религиозных обрядов)».

Кроме того, в Николаеве, Одессе и других регионах Украины к давлению на священников подключились и представители СБУ.

Что говорит закон?

Естественно, что все чиновники, так или иначе пытающиеся регулировать посещение храмов на Пасху, или, тем более, издающие приказы о запрете богослужений, действуют незаконно и антиконституционно. Тем более, что (еще и еще раз подчеркнем!) священники УПЦ никаких противоэпидимиологических предписаний властей не нарушали!

В связи с этим, юридический отдел УПЦ опубликовал заявление, в котором было подчеркнуто, что такие слова и действия должностных лиц «нарушают право на свободу вероисповедания и дискриминируют по религиозному признаку многие миллионы верующих Украинской Православной Церкви». В УПЦ напомнили зарвавшимся чиновникам, что «согласно части второй статьи 19 Конституции Украины, «органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны действовать только на основании, в пределах полномочий и способом, которые предусмотрены Конституцией и законами Украины», в связи с чем любые угрозы и препятствия в совершении богослужений, звучащие от должностных лиц, являются незаконными», и их действия могут быть квалифицированы «по статье 161 УК Украина (разжигание религиозной вражды и ненависти) и ст. 180 УК Украины (незаконное препятствование осуществлению религиозного обряда)».

Кроме того, следует подчеркнуть, что распоряжения мэров Днепра и Конотопа об отключении коммуникаций от храмов никаких законных оснований не имеют и должны быть рассмотрены в судебном порядке. В данном случае, чиновники превысили свои полномочия и использовали служебное положение для достижения своих целей – запугивания верующих. Ну а муляж снаряда (если все было действительно так, как говорят свидетели) – это вообще уголовное дело.

Также следует обратить внимание и на риторику чиновников, которую они используют по отношению к верующим, духовенству, Церкви и ее таинствам. «Бадья», «чан», «пожалеете, что те рясы носите» – все это может и обязано быть квалифицированно, как разжигание ненависти. Опять же, такие действия чиновников тянут за собой уголовную ответственность.

Да, нашим чиновникам есть у кого «учиться». Ведь подобные высказывания в свое время позволял себе бывший президент Украины Петр Порошенко. Именно он называл УПЦ – «агентами Кремля», «щупальцами русского мира», «церковной сетью РПЦ», «разветвленным каналом влияния». Именно он считал, что «невмешательство государства в дела Церкви – лишь красивая теория». И похоже, что теорией и осталось…

Крестный ход, Томос и коронавирус – что общего?

Другими словами, несмотря на то, что Церковь пытается, насколько это возможно, соблюдать все предписания властей, – ее все равно обвиняют в обратном. По словам недоброжелателей, именно УПЦ является рассадником болезни.  Снимаются сюжеты, в которых наших священников называют убийцами,  а богослужение на Пасху – спланированной операцией ФСБ по инфицированию украинцев коронавирусом.

К подобным голословным обвинениям Церкви не привыкать. Мы с вами прекрасно помним, как совсем недавно, в 2016 году, во время Великого Крестного хода УПЦ представители властей сообщали о том, что маршрут «заминирован», что в колонне, двигающейся к Киеву, идут боевики ЛНР и ДНР и т.д. Цель этих провокаций была одна – сорвать молитвенное шествие и настроить общественное мнение против УПЦ.

То же самое происходило и в дни «дарования» Томоса ПЦУ. Для того, чтобы вынудить наших иерархов поехать на так называемый «объединительный собор», были задействованы правоохранительные органы государства. Священников вызывали на «приватные беседы» с президентом, вызывали в СБУ, проводили «разъяснительную работу» на местах. 

Поэтому сегодняшняя истерия вокруг коронавируса, братии Киево-Печерской и Почаевской лавр нам, к сожалению, уже знакома. Вопрос в другом – почему так быстро все забывают об этом? Почему снова и снова СМИ, некоторые чиновники и простые обыватели с такой злобой ополчаются на Церковь?

При этом, если говорить о коронавирусе, все эти люди в один момент забыли, что первым заболевшим священником в Украине стал представитель УГКЦ из Залещиков, который на данный момент уже умер. 9 марта этот священник заразил своего 68-летнего прихожанина, который умер 25 марта… Однако, никто его в «убийстве» не обвинял и священникам УГКЦ не угрожал тем, что они «пожалеют, что носят рясы». Более того, Антон Геращенко вообще заявил, что Олег Винников «ни в чем не виноват, он не знал до 19-го марта, что он болен именно коронавирусом, он думал, что у него какая-то простуда или ОРВИ».

Также хотим напомнить, что первый храм, который подвергся процедуре дезинфекции из-за заболевания прихожанки, стал храм ПЦУ в Радомышле, Житомирской области. Но мы не слышали от местных властей призывов перекопать вход перед храмом или отключить электричество. Как не слышали и обвинений в том, что та или иная церковь виновата в распространении коронавируса. Кроме УПЦ.

***

Вот и получается, что карантинные предписания властей в некоторых регионах решили использовать для давления на Церковь. И тут речь не только о нарушении главного закона государства – тут речь идет и об элементарной этике поведения, не говоря уже о демократических нормах. Ведь согласитесь, что заявляя о своем стремлении в Европу и при этом перекопывая входы перед храмом, называя священников убийцами и призывая к прямой расправе над ними – мы не выглядим цивилизованными людьми.

Мы не слышали, чтобы в Италии говорили о католической церкви как о рассаднике коронавируса. И это при том, что там умерли от Ковид-19 уже больше ста священников, епископов, монахов и монахинь, заболели целые монастыри и семинарии. Но никому даже в голову не пришло обвинить РКЦ в том, что она – угроза духовному и физическому здоровью итальянцев.

Возможно, что и наши чиновники, заявляя о своем стремлении в Европу, должны вспомнить, что в Европе существует диктат закона. Должны вспомнить, что Европа начинается с ближайшей улицы, дома, семьи.

Ну а нам, христианам, надо поблагодарить Бога, Который дал возможность пожить в такое непростое время. Время, когда от нас требуется, в прямом и переносном смысле, исповедничество, когда каждый наш шаг, каждое наше слово оценивается с точки зрения вечности.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Есть ли смысл карантинных ограничений в храмах после пуска транспорта?
да, лишняя предосторожность не помешает
16%
нет, это просто нелепо
48%
дело вообще не в смысле, это вопрос политический
36%
Всего проголосовало: 261

Архив

Система Orphus