Два раскола: почему у Болгарии получилось то, что не получается у Украины?

«Патриархи» Пимен Энев и Филарет Денисенко. Фото: СПЖ

Как Всеправославный Собор помог уврачевать раскол в Болгарии, возникший одновременно с «филаретовским».

В 1992 г. практически параллельно с нашим, так называемым «филаретовским», расколом в Болгарии произошел свой раскол. В 1998 г. его уврачевали. Почему в Болгарии получилось, а у нас – нет? Какую роль у них и у нас сыграл Константинопольский патриархат? И можно ли что-то позаимствовать из болгарского опыта для решения украинского церковного вопроса?

Вкратце история болгарского раскола такова.

В конце 1980-х годов, когда так называемый социалистический лагерь уже распался, а Советский Союз был на гране этого, в Болгарии также вовсю дул ветер перемен. Этот ветер принес убеждение, что все западное и капиталистическое – хорошо, а все советское и коммунистическое – плохо. И с этим ненавистным прошлым нужно порвать сразу и решительно.

Не будем давать оценку, насколько такой подход оправдан в сфере политики или экономики, но скажем, что в церковных вопросах он неприемлем в принципе. Однако, к сожалению, подобный бунтарский дух проникает и в Церковь. И в Церкви находятся люди, как правило молодые и амбициозные, которые призывают разрушить все «до основанья, а затем…»

И вот в 1989 г. в Болгарии нашелся иеромонах Христофор (Сыбев), который заявил, что Церкви нужен «новый демократический Синод» вместо старого, якобы запятнавшего себя связями с коммунистическим режимом. Вопреки мнению своего священноначалия он основал некий Комитет защиты религиозных прав, который должен был способствовать «демократизации» церковного управления.

А в 1990 г. священник и профессор канонического права Радко Поптодоров опубликовал статью, в которой прямо обвинил Синод Болгарской Православной Церкви (БПЦ) в сотрудничестве с коммунистической властью и раскритиковал выборы Болгарского Патриарха Максима в 1971 году.

Ветер перемен принес убеждение, что все западное и капиталистическое – хорошо, а все советское и коммунистическое – плохо. И с этим ненавистным прошлым нужно порвать сразу и решительно.

В 1991 г. на очередных выборах в Болгарии победила партия «Союз демократических сил», идеология которой состояла в радикальном разрыве с «ненавистным» прошлым и развороте на Запад. А иеромонах Христофор (Сыбев) не только стал депутатом парламента от этой политсилы, но и возглавил парламентскую Комиссию по делам вероисповеданий.

В 1992 г. эта комиссия поставила вопрос о незаконности выборов Патриарха Максима в 1971 г. Ее поддержала Дирекция по вероисповеданию при Совете министров Болгарии, которая своим постановлением объявила выборы Патриарха Максима в 1971 г. незаконными, а его самого – низложенным.

Болгарские власти того времени продемонстрировали весьма своеобразное понимание демократического принципа отделения Церкви от государства. В этом они переплюнули даже украинскую власть, которая не признала законным Харьковский Собор 1992 г. и отстранение Филарета Денисенко от управления УПЦ.

Здесь первое отличие болгарского раскола от «филаретовского». Если там власти ополчились против Патриарха Максима за то, что он якобы сотрудничал с КГБ, то в Украине власти горячо поддержали Денисенко, который был просто воплощением такого сотрудничества в самой тесной форме.

Практически одновременно с постановлением Дирекции вероисповеданий о незаконности избрания Патриарха Максима заявила и группа из шести архиереев. Кстати, буквально через несколько дней эта группа возросла до семи, поскольку «рукоположила» в «епископы» иеромонаха Христофора (Сыбева).

И тут можно указать на следующее отличие: в Болгарии в раскол ушла, хотя и немногочисленная, но все же группа архиереев, которые на момент возникновения раскола были каноническими епископами. В Украине за Филаретом пошел только один викарный архиерей, епископ Почаевский Иаков (Панчук), изгнанный к тому времени братией из Почаевского монастыря.

Мятежные болгарские архиереи потребовали сместить Патриарха Максима и назначить новые выборы. Однако большинство архиереев и духовенства остались верными Патриарху и Синоду. Тогда мятежники организовали «альтернативный Синод», во главе которого поставили старшего по хиротонии митрополита Неврокопского Пимена (Энева) и, опираясь на поддержку властей, начали рейдерский захват БПЦ.

Они «нарукополагали» «альтернативных архиереев», захватили Синодальную палату в Софии, в которой находилось верховное управление БПЦ, и Софийскую духовную семинарию и академию, которая стала именоваться Богословским факультетом при Софийском университете Св. Климента Охридского. Новым ректором академии, кстати, назначили профессора Радко Поптодорова, автора первой статьи с нападками на Патриарха Максима.

Болгарские власти признали «альтернативный Синод» единственным легитимным органом управления БПЦ и передали в его распоряжение все церковное имущество.

В Болгарии в раскол ушла, хотя и немногочисленная, но все же группа архиереев, которые на момент возникновения раскола были каноническими епископами. В Украине за Филаретом пошел только один викарный архиерей.

В 1996 г. митрополита Неврокопского Пимена возвели в сан «патриарха». В его интронизации принял непосредственное участие Филарет Денисенко, который к тому времени уже стал Киевским «патриархом», сменив умершего при невыясненных обстоятельствах Владимира Романюка.

В то время и Филарет и его зарубежные коллеги по расколу активно продвигали теорию самодостаточной «альтернативной семьи» Православных Церквей и поэтому вступали в общение со всеми религиозными проходимцами в разных странах, которые были на это согласны.

В том же 1996 г. состоялся Собор болгарских епископов, которые сохранили верность Патриарху Максиму. Он отлучил Пимена от Церкви и лишил сана всех епископов, которых «рукоположили» в расколе.

С 1992 г., когда возник болгарский раскол, вместе с «рукоположением» «альтернативных архиереев» и захвата церковной собственности происходил и обратный процесс. Некоторые архиереи и духовенство приносили покаяние и возвращались в лоно канонической БПЦ.

Общая черта болгарского и украинского расколов – то, что все Поместные Церкви категорически отмежевались от всякой поддержки раскольников. Конечно, только до 2018 г., когда Константинопольский патриархат вступил в общение с украинскими раскольниками.

Считают, что болгарский раскол уврачевали в 1998 г. В том году с 30 сентября по 1 октября в соборе Александра Невского состоялся Всеправославный Собор, в котором участвовали представители почти всех Поместных Православных Церквей, кроме Грузинской и Американской, которую, впрочем, некоторые Поместные Церкви не признают автокефальной. Семь Поместных Церквей были представлены своими предстоятелями. На том Соборе присутствовали и патриарх Константинопольский Варфоломей, и Патриарх Московский Алексий II.

Есть еще два существенных различия в болгарском и украинском расколах.

Во-первых, Константинопольский патриархат был последовательно на стороне канонической БПЦ во главе с Патриархом Максимом и не менял своей позиции, как в случае с украинским расколом.

А во-вторых, патриарх Варфоломей совершенно не отвергал возможности соборного решения болгарского вопроса всеми Поместными Церквами. Он не пытался решить эту проблему единолично, как в Украине, хотя Болгарская Церковь намного дольше пребывала в составе Константинопольского патриархата, чем Киевская митрополия, и у патриарха Варфоломея было больше оснований заявить, что он может единолично разрешить болгарский церковный конфликт.

Всеправославный Собор поддержал Патриарха Болгарского Максима и его Святейший Синод, осудил действия раскольников и призвал их к покаянию. И действительно, большая часть пребывавших в расколе «архиереев» и «духовенства» принесли покаяние прямо на Соборе и были воссоединены с Церковью.

Но были и те, кто остался в расколе. Они выбрали себе нового лидера, «митрополита» Софийского Иннокентия (Петрова), и продолжили раскольническую деятельность. Окончательно болгарский раскол прекратил свое существование в 2012 г., когда Иннокентий (Петров) направил в Синод БПЦ покаянное письмо и был воссоединен с Церковью.

Таким образом, болгарский и украинский расколы имеют как общие черты, так и существенные различия.

Общие черты:

  • Оба раскола возникли по политическим мотивам.
  • Оба раскола поддержало государство.
  • В обоих случаях раскольники быстро начали «рукополагать» «альтернативных епископов».
  • В обоих случаях большинство иерархов, духовенства и верующих остались верными канонической Церкви.

Различия:

  • В Болгарии раскол был направлен против Патриарха, обвиненного в связях с коммунистическим режимом. В Украине раскол возглавил человек, олицетворявший сотрудничество с коммунистическим режимом.
  • В Болгарии раскол изначально поддержало значительно большее число канонических архиереев, чем в Украине.
  • В Болгарии проблему раскола решили соборно всеми Поместными Церквами, а в Украине ее безуспешно попытался решить Константинопольский патриархат единолично.
  • В Болгарии все Поместные Церкви были на стороне канонической БПЦ и не меняли своей позиции. В Украине после многолетней последовательной поддержки канонической УПЦ на сторону раскольников стал Константинопольский патриархат, а теперь уже и Александрийский, а также Элладская Церковь.

Несмотря на очень существенные общие черты, необходимо признать: кардинальное различие украинского и болгарского расколов в том, что в случае с Украиной нарушено то монолитное единство в позиции Поместных Православных Церквей, которое было в Болгарии. Поэтому достаточно сложно извлечь из опыта уврачевания болгарского раскола какие-то уроки и применить их к Украине. Но есть некоторые идеи, которые можно было бы почерпнуть из болгарского опыта.

Во-первых, можно заявить, что решения, принятые в 1998 г. на Всеправославном Соборе в Софии, составляют часть корпуса канонического права Церкви. А в этих решениях содержится указание на то, что раскол можно уврачевать только покаянием и ничем иным. И под этими решениями стоит подпись в том числе и патриарха Варфоломея.

Во-вторых, можно инициировать проведение Всеправославного Собора для уврачевания раскола именно там, где он существует, то есть в Киеве.

Конечно, в условиях противодействия Константинопольского патриархата любым попыткам соборного решения «украинского вопроса» организовать такой Собор будет достаточно трудно.

Но если все же состоится Всеправославная встреча предстоятелей Поместных Церквей в Иордании по приглашению Патриарха Иерусалимского Феофила III, она может стать приготовлением к такому же полноценному Всеправославному Собору в Киеве.

Ведь на встрече в Иордании предлагается только обсудить проблему всеправославного единства, которое нарушил патриарх Варфоломей. А собственно «украинский вопрос» уместно было бы решать именно в Киеве. По крайней мере, такую идею можно было бы озвучить в Иордании.

Ну, и самое главное, что можно вынести из болгарской ситуации. Раскол там не уврачевал бы даже Всеправославный Собор, если бы епископат, духовенство и верующие не сплотились вокруг своего канонического Патриарха Максима. В Украине это сплочение всех членов Церкви вокруг Блаженнейшего Митрополита Онуфрия есть, и даже в еще большей мере, чем в Болгарии. А значит, есть надежда, что и украинский раскол когда-нибудь станет перевернутой страницей истории.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

К чему приведет поминание Епифания предстоятелем Кипрской Церкви?
ПЦУ единодушно признает вся Кипрская Церковь
10%
Синод Кипра осудит поступок предстоятеля
17%
внутри Кипрской Церкви возникнет раздор
73%
Всего проголосовало: 391

Архив

Система Orphus