Прокуратура человеческая и Суд Божий

Подопечные генпрокурора Юрия Луценко решили взять Суд Божий под свою юрисдикцию

Попытки сторонников ПЦУ подчинить Суд Божий государственным правоохранительным органам ярко показывают суть украинского религиозного конфликта.

Житомирская прокуратура начала расследование несколько необычного преступления. Таковым сочли СМС-сообщения (и другие формы обращений), в которых священникам, перебежавшим из Церкви в новую структуру, напоминали о Суде Божием и призывали к покаянию.

Призывы к покаянию оказались, по мнению прокуратуры, содержащими признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК Украины, – нарушение равноправия граждан в зависимости от их расовой, национальной принадлежности, религиозных убеждений.

Попытки прокуратуры подчинить своей юрисдикции Суд Божий хорошо показывают суть текущего конфликта – о чем он? Что отстаивают его участники? Что это: конфликт между двумя церковными юрисдикциями? Конфликт между различными политическими силами? На самом деле это конфликт по вопросу о том, что важнее: Божие или человеческое, прокуратура или Суд Божий, политика или вера, то или иное политическое дело или дело спасения душ.

В истории христианства бывали расколы и нестроения, вызванные людьми, которые, как мы сейчас понимаем, были неправы – но они хотя бы были искренне, фанатично верующими. Они признавали владычество Бога и реальность Его Суда. Они полагали, что этот Суд их оправдает, и поэтому не смущались и не пугались, когда их оппоненты напоминали им об этом Суде.

Украинский религиозный конфликт – это спор о том, что важнее: Божие или человеческое, то или иное политическое дело или дело спасения душ.

Они считали, что сами могут апеллировать к Богу и что Высший Суд поддержит их сторону, и полагали, что, раз произносимые на них осуждения несправедливы, им нечего опасаться: «Как воробей вспорхнет, как ласточка улетит, так незаслуженное проклятие не сбудется» (Прит. 26, 2). Как говорил протопоп Аввакум: «Отлучение ваше еретическое, и мы им [совершенно пренебрегаем]».

Лютер был трагически неправ, но он хотя бы был искренне убежден. Он мог сказать перед лицом совершенно реальной угрозы смерти: «На том стою и не могу иначе, и да поможет мне Господь Бог». Мотивация этих людей была религиозной; они отстаивали то, что видели как Божью истину, они полагали, что если у кого есть серьезные основания страшиться Божьего Суда – так это у их противников. Конечно, такая пылающая уверенность в своей правоте может быть (и часто бывает) опасной.

Но сегодня мы переживаем другое время и других раскольников, которые и сами не уверены в оправданности своих поступков перед Богом; более того, они явно не уверены в реальности Божьего Суда как такового.

Человек, полагающий, что он прав перед Судом Божиим, этого Суда не боится; человек, который полагает, что он неправ – кается. Но что происходит в душе человека, который в ответ на напоминание о Божием Суде бежит в прокуратуру? Он верит в то, что светские власти одной из стран этого мира защитят его от Суда Вседержителя?

Для любого верующего человека это было бы крайне нелепо; и то, что мы видим, – это не конфликт между двумя религиозными мотивациями, а конфликт между религиозной мотивацией с одной стороны – со стороны Церкви, и чисто политической – с другой, со стороны адептов новообразованной структуры.

В самом деле, в данном случае никто не говорит, что Украинскую Православную Церковь нужно покинуть в поисках вечного спасения, что она скрывает свет слова Божия под грузом традиций или уклонилась в какое-то религиозное заблуждение. Мотивы как создания новой структуры, так и перехода в нее носят исключительно посюсторонний, политический характер. Беседуя с адептами автокефального проекта (надо отметить, что большинство из них – совершенно светские люди), можно услышать многое о вековечном коварстве Москвы, об укреплении государственности, о нации, о пути в Европу, даже о дешевой колбасе. Вот только о чем они совершенно не говорят, так это о пути в Царство Небесное, о спасении души, об угождении Богу.

Ни покровитель новой структуры Петр Порошенко, ни его американские партнеры ни о каком вечном спасении не говорят: судя по их риторике и их действиям, весь этот круг понятий им совершенно чужд.

Беседуя с адептами ПЦУ, можно услышать о коварстве Москвы, о пути в Европу, даже о дешевой колбасе. О чем они совершенно не говорят, так это о пути в Царство Небесное.

Поэтому неудивительно, что само религиозное свидетельство – мы все придем на Суд Божий – воспринимается с недоумением, испугом и враждебностью. Так люди, привыкшие к темноте, начинают метаться, будучи внезапно застигнуты светом.

Но этот свет невозможно угасить – ни житомирской прокуратуре, ни даже Государственному департаменту США. В истории многие очень сильно пытались – от римских императоров до большевиков – и у них не получилось.

Можно только выйти навстречу этому Свету с покаянием и верой и обратить внимание на то, что говорит слово Божие.

А слово Божие ободряет гонимую Церковь и сурово предостерегает гонителей – и мы хорошо знаем, кто сегодня в Украине подвергается гонениям и в чью защиту не выступает прокуратура. Каждый день приходят сообщения о захватах храмов, избиениях, угрозах, каждый день с экранов изливаются потоки ненависти и клеветы – отнюдь не угроз Божьего Суда, а угроз вполне посюсторонней расправы. С одной стороны мы слышим призывы покаяться в виду неизбежного Суда Божия, с другой – призывы к «обрубанию щупалец» и массовым депортациям.

И эта атмосфера делает переход из Церкви в ПЦУ чем-то в принципе иным, чем переход между двумя церковными юрисдикциями. Это переход из Церкви на сторону ее открытых гонителей. Это переход от тех, кто верит в вечное спасение, к тем, для кого кромсание и перекраивание Церкви – вопрос геополитики.

И здесь ответственность священников особенно высока. Человек, который был в кругу апостолов, но предпочел перейти на другую сторону, оказался в гораздо худшем положении, чем те, кто в этот круг никогда не входил. Священный сан наделяет духовной властью, но с властью неизбежно приходит ответственность, которой нет у других. Напоминать об этой ответственности – долг Церкви, и она будет его исполнять.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Как относиться к словам патр. Варфоломея, что украинцы ждали Томоса 700 лет?
мы ждали даже больше – 1 000 лет
3%
мы никогда ничего от Фанара не ждали
57%
тогда и давать надо было 700 лет назад
10%
не понимаю, откуда вообще эта арифметика
29%
Всего проголосовало: 1223

Архив

Система Orphus