Томос о зависимости: куда сгоняют православных украинцев

В Томосе для ПЦУ патриарх Варфоломей прописал полную зависимость от своей Церкви

Президент утверждает, что в Томосе говорится о независимости ПЦУ, а УПЦ называет подчиненной Москве и сомневается в ее каноничности. Но так ли все в реальности? 

5 и 6 января 2019 года под крики «Слава Украине – Героям слава!» был завершен проект Петра Порошенко и Фанара по созданию в Украине новой Церкви.

7 января в Софии Киевской состоялась первая литургия ПЦУ, на которой прошла презентация Томоса. Это богослужение проводилось для узкого элитного круга лиц: политиков, госчиновников, руководителей националистов-радикалов.

Для обычных граждан Томос после богослужения был выставлен в Малой Софии. Люди стояли на морозе в очереди по часу-полтора, чтобы поклониться документу, которого, по словам Президента, украинцы ждали тысячи лет.

Петр Порошенко: Которые тысячи лет ждали этого события!

Прихожанка ПЦУ: Тысячу лет ждали, долго очень!

И главный тезис, который сейчас продвигается в народ: что украинцы избавились от рабства, получили духовную независимость. Но не все. Есть правильные украинцы, которые находятся в ПЦУ…

Петр Порошенко: Сейчас наша Церковь является каноничной!

А есть неправильные – у которых даже Томос неправильный, подписанный Сталиным.

Петр Порошенко: А где их Томос? Сталиным подписан?

Мировое православие считает, что раскольники из Киевского патриархата, поменяв название на ПЦУ, так и остались раскольниками.

Архиепископ Люблинский и Холмский Авель: Православная Церковь никак не может одобрить этих раскольников, которые, якобы, нашлись в каноническом общении. Без покаяния раскол не может быть присоединен к Поместным Церквям Всемирного православия.

Потому Президент основной упор делает на автокефальности, то есть независимости новой структуры.

Петр Порошенко: Томос как Грамоту о признании самостоятельности нашей украинской Церкви. Самостоятельности!

И всячески противопоставляет ее УПЦ, которая якобы зависима от Москвы. Но действительно ли УПЦ подчинена Москве, а ПЦУ свободна от Константинополя?

Петр Порошенко: Кто хочет в этом убедиться, будет иметь возможность прочитать это.

И действительно, давайте прочитаем и сравним.

Действительно ли УПЦ подчинена Москве, а ПЦУ независима от Константинополя?

В Грамоте об автономии Украинской Православной Церкви от 1990 года, которую вполне можно назвать Томосом, говорится: «благословляем через настоящую Грамоту нашей силою Всесвятого и Животворящего Духа быть отныне Православной Украинской Церкви независимой и самостоятельной в своем управлении».

Грамота Патриарха Алексия о даровании независимости и самостоятельности в управлении Украинской Православной Церкви, 1990 год

То же самое говорится и в Уставе УПЦ: «Украинская Православная Церковь является самостоятельной и независимой в своем управлении и устройстве».

В Уставе Русской Церкви записано: «руководящий центр УПЦ находится в Киеве».

Но это все в теории. А что же на практике?

Украинская Православная Церковь существует уже больше четверти века. Может, были какие-то попытки со стороны Москвы не следовать документам, а попытаться как-то влиять, ограничивать самостоятельность УПЦ? Нет, ничего подобного не происходило.

В Томосе ПЦУ, которую называют полностью автокефальной и независимой, четко написано: «Автокефальная Церковь в Украине признает главой Святейший Апостольский и Патриарший Вселенский Престол»!

В православии Поместные Церкви совершенно равноправны. Может ли одна Церковь признавать своей главой другую Церковь? Очевидно, может. Но тогда она не является ни автокефальной, ни независимой.

Текст Томоса гласит: «для решения важных вопросов церковного, догматического и канонического порядка следует Блаженнейшему Митрополиту Киевскому от имени Священного Синода своей Церкви обращаться к нашему Святейшему Патриаршему и Вселенскому Престолу».

Может ли одна Церковь признавать своей главой другую Церковь? Очевидно, может. Но тогда она не является ни автокефальной, ни независимой.

Избрание Предстоятеля. УПЦ vs СЦУ

В Уставе Украинской Православной Церкви написано, что предстоятель УПЦ избирается ее епископатом и благословляется Святейшим Патриархом Московским и всея Руси.

Но это в теории. А что же на практике?

Протоиерей Николай Данилевич, замглавы отдела внешних церковных связей УПЦ утверждает: «Любой, кто будет избран, будет утвержден Москвой. Не может быть такого, что мы выберем одного предстоятеля, а Москва скажет: "нет, нам этот не нравится, выбирайте другого". Такого быть не может. Потому Москва автоматически утверждает наш выбор, кого бы мы ни выбрали. В этом плане у нас абсолютная автономия и независимость».

Когда в 2014 году на пост Предстоятеля избирался Блаженнейший Онуфрий, никто епископам УПЦ из Москвы никаких указаний и даже темников не давал, выбор архиереев был полностью самостоятельным. А благословение Блаженнейшего Онуфрия Патриархом РПЦ было не более, чем братским напутствием.

В Томосе ПЦУ отдельно о выборе предстоятеля ничего не указано, но сказано, что по важным церковным вопросам ПЦУ обязана обращаться в Константинополь. И уж важнее вопрос, чем выбор главы Церкви, найти сложно.

И это только документ, теория. А что же будет на практике?

Предстоятель ПЦУ был утвержден на Фанаре. Но, возможно следующие, если они будут, обойдутся без контроля Константинополя? Едва ли.

20 лет назад, в 1998 году Томос от Фанара получила Церковь Чешских земель и Словакии.
Там нет пунктов о том, что эта Церковь признает своей главой Константинополь и обязана туда обращаться, чтобы решать важные церковные вопросы.

Тем не менее, когда в 2014 году епископат Церкви Чешских земель и Словакии избрал своего предстоятеля, митрополита Ростислава, то Фанар этот выбор не признал и потребовал выбрать того, кого он считал нужным.

В письме в секретариат Церкви Чешских земель и Словакии патриарх Варфоломей в 2015 году пишет: «безотлагательно требуем от Священного Синода созыва собрания духовных лиц и мирян… чтобы они в целом пересмотрели вопрос в свете аннулирования избрания вышеупомянутого митрополита Ростислава на пост Предстоятеля этой Церкви, и приступили бы к избранию нового Предстоятеля».

Протоиерей Николай Данилевич утверждает: «Патриарх Варфоломей даже написал письма Чешскому государству, чтобы они не признавали Митрополита Ростислава, поскольку это избрание якобы неканонично. И возникла проблема».

Константинополь митрополита Ростислава все же признал, но только потому, что патриарху Варфоломею в 2016 году для проведения Критского Собора нужно было присутствие всех Церквей, чтобы Собор имел статус и видимость легитимности.

И нужно сказать, что в тексте Томоса для Чешской Церкви нет пунктов, которые бы позволяли контролировать избрание главы этой Церкви Фанаром, тех самых пунктов о подчинении Константинополю, которые прописаны в украинском Томосе для ПЦУ.

Может ли одна Церковь принимать указания об избрании своего Предстоятеля от другой Церкви? Очевидно, может. Но тогда она не является ни автокефальной, ни независимой.

Протоиерей Николай Данилевич заявляет: «В дела автокефальной Церкви не может вмешиваться никакая другая Православная Церковь, если та сама первая автокефальная Церковь ее о том не попросит. Практически мы стоим перед фактом иного понимания Церкви, перед фактом иного понимания экклесиологии, перед фактом возвеличивания Константинопольского патриархата над другими Церквами».

Общение с внешним миром

Украинской Православной Церкви нет в диптихе, однако она признана всеми Поместными Церквями.

Протоиерей Николай Данилевич: «Наши внешние связи абсолютно независимы. Украинская Православная Церковь практически стала субъектом в межцерковных православных отношениях. И хотя мы не являемся автокефальной Церковью, по всем правам почти автокефальной, "без пяти минут", авторитет УПЦ за эти годы поднялся и расширился».

На интронизацию Блаженнейшего Онуфрия в 2014 году приехали для поздравления и братского напутствия представители двенадцати из пятнадцати Поместных Церквей. Те, кто не смог приехать, прислали свои поздравления.

ПЦУ внесена Фанаром в диптих и согласно Томоса «обязана участвовать в межправославных совещаниях».

Тем не менее, эти обязательства до сих пор не привели к признанию ПЦУ ни от одной Поместной Церкви. Русская, Сербская и Польская Церкви официально не признали данную структуру. Митрополит польский Савва сообщил, что не считает Епифания даже священнослужителем.

Архиепископ Авель утверждает: «И такую позицию заявил Блаженнейший Предстоятель нашей Церкви, Блаженнейший Савва, Митрополит Варшавский и всея Польши от имени полноты нашей Церкви».

Глава Кипрской Церкви архиепископ Хризостом заявил, что не поминает Епифания, и делать этого не собирается. А Патриарх Антиохийский Иоанн Х в письме к главе Фанара написал, что создание ПЦУ – угроза единству всего Православного мира!

Патриарх Кирилл: так молиться или не молиться?

Молитва – это разговор христианина с Богом. На ней строится вся жизнь Церкви. Христос говорит нам, что мы должны любить всех, в том числе и тех, кого считаем врагами. Церковь молится за всех – хороших и плохих, праведников и преступников. Представлять как достижение то, что твоя Церковь не будет за кого-то молиться – это очень и очень странно и с христианством едва ли имеет что-то общее.

Одной из побед Петра Порошенко в создании ПЦУ было то, что в ней, как в украинской Церкви, не будет поминаться ненавистный ему патриарх Кирилл.

На митинге после «объединительного Собора» Петр Порошенко говорил о новосозданной структуре: «Что это за Церковь? Это Церковь без Кирилла»! А на митинге 14 октября: «И разве могут храмы, в которых звучит молитва за Патриарха, который молится за российское войско, называться украинскими»?

Тем не менее, поминать Патриарха Кирилла все же пришлось.

Епифаний на богослужении 7 января произнес: «… российского Кирилла, сербского Иринея…»

С точки зрения христианства молитва за каждого человека – это правильно. Но ведь непоминание «вражеского» Патриарха – одна из заявленных побед новой независимой Церкви. Потому, опять-таки, – где же независимость?

Внезапно располневшая Церковь-Мать

В 1686 году, когда Константинополь передал свою Киевскую митрополию Русской Церкви, ее площадь занимала не больше трети территории современной Украины. То есть, большая ее часть никакого отношения к Константинополю не имела вообще.

Сравнительная карта Киевской митрополии, подчиненной Константинополю в 1686 году и современной Украинской Православной Церкви

Сейчас Фанар по факту подчинил себе гораздо большую территорию, чем имел 330 лет назад. В нынешнем Томосе прописано, что «права Вселенского Престола на экзархат в Украине и священные ставропигии сохраняются неизменными».

3 ноября 2018 года Президент подписал с главой Фанара документ, содержание которого до сих пор держится в тайне. СМИ говорят о десятках храмов и монастырей, которые будут переданы под прямое управление Фанара. В том числе и принадлежащие УПЦ.

Очевидно, сам Петр Порошенко уже понимает, что назвать ПЦУ автокефальной Церковью невозможно, потому он говорит о ней, как о митрополии Фанара. Однако тут же оговаривается: те, кто не согласен, что митрополия олицетворяет автокефалию и независимость – чуть ли не агенты Москвы: «...и выискивают, что митрополия – это не самостоятельность. Неправда. И не слушайте ваших инструкций из Москвы».

Не так давно Филарет заявлял, что не хочет подчиняться ни Москве, ни Константинополю, что его цель – абсолютная независимость: «Если бы мы хотели быть просто признанными, то просто остались бы в Московском Патриархате. Какая нам разница – подчиняться Москве или подчиняться Константинополю? А нам нужна независимая Церковь, которая была бы независимой от любых церковных центров. А была бы сама центром».

По тексту Томоса совершенно очевидно, что Церковь, созданная для украинских раскольников, автокефальна и независима только на бумаге. В реальности – это подчиненная Фанару структура.

Петр Порошенко основным достижением ПЦУ называет снятие московского ярма: «Никто не способен остановить Украину и украинцев, которые снимают ярмо московской Церкви».

Но у Украинской Православной Церкви его нет и не было, а уж у Киевского патриархата – тем более. Тогда о каком ярме вообще может идти речь?

Отмена Фанаром своей Грамоты от 1686 года. Есть ли повод радоваться?

Сам факт отмены документа, которому больше 300 лет и правомочность которого все эти годы признавалась абсолютно всеми, и в первую очередь – Фанаром, не может не шокировать. Ведь за эти годы границы и светских государств, и Поместных Церквей изменились до неузнаваемости. Мир стал абсолютно другим. И подобная отмена неминуемо ставит вопрос: если в отношении Украины можно отменять данный документ, то значит можно отменять и любые другие? Но пойдет ли такая практика нам, украинцам, на пользу? Взять, к примеру, воссоединение с землями Западной Украины, которое  произошло в 1939 году в результате тайного сговора Молотова-Рибентропа. Пакт сомнительный? Еще как. Возможно, даже преступный. Но захотим ли мы его отменять?

Игумения Серафима, настоятельница Одесского Свято-Архангело-Михайловского монастыря о поступке Фанара сказала так: «Давайте мы тогда отменим преступный пакт Молотова-Риббентропа, ведь его создали два самых крупных тирана ХХ века. За каждым из них десятки миллионов загубленных жизней». И таких исторических примеров можно приводить очень много в истории каждой страны.

В результате действий Константинополя никто из Поместных Церквей не может чувствовать себя в безопасности – ведь амбиции Фанара так велики, что если он решил по своему хотению отменить собственный документ по Украине, то может легко вмешаться и в дела любой другой Церкви.

Протоиерей Николай Данилевич: «И сейчас другие Церкви очень обеспокоены тем, что к ним могут в любой момент прийти и тоже вмешаться в любые их дела».

Сам факт отмены Патриаршей Грамоты 1686 года, как и прошлогодняя отмена экзархата Русских приходов Фанара в Европе, говорит о том, что Константинополь отменяет свои томосы так же легко, как и дает. В тексте Томоса ПЦУ сказано, что Фанар провозглашает ПЦУ «на всех этих условиях». То есть, если условия будут нарушены, то вполне возможна и отмена Томоса.

Похоже, что под крики о независимости Президент вместе с Фанаром надели на шею украинским раскольникам реальное ярмо. Каноничность они так и не обрели, а свою независимость утратили. А кроме того, Киевский патриархат утратил еще и десятки приходов за пределами Украины: в Америке, Европе, России и так далее. Ведь согласно Томосу, все они теперь переходят Константинополю.

Тем не менее, Президент своей цели достиг – перед выборами он получил мощный козырь для своей избирательной кампании и сейчас использует его на все 100 процентов. Но чего достигли люди, которые создали ПЦУ?

Итоги

Церковь – это Тело Христово. Если ее строят на ненависти к соседу – это не Церковь. Если ее строят на слезах верующих, у которых отбирают храмы – это не Церковь. Если она – фон для избирательной кампании политиков – это не Церковь.

Тем не менее, создатели ПЦУ не боятся нарушать ни законы государства, ни законы морали, ни законы Божии.

Ну, а должны ли чего-то бояться мы, члены истинной Церкви? Той самой, которую сейчас гонят и преследуют? Должны. Сейчас для нас благодатное время, и нам нужно бояться не потратить его зря. Время, когда мы должны учиться не осуждать своих заблудших братьев. Время, когда мы можем утвердиться в любви к Богу и Церкви. И время, когда отделяются овцы от козлищ. И мы не должны ошибиться с выбором.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Станет ли пожар в Нотр-Даме причиной возвращения людей к вере?
да, многие переосмыслят отношение к христианству
24%
нет, утрата святыни не возвращает веру
59%
это обычный пожар, который ни на что не влияет
17%
Всего проголосовало: 706

Архив

Система Orphus