Заброшки, или Постпаломничество в постхристианском мире

Заброшенная церковь. Фото: ru-travel.livejournal.com

У современных людей случаются очень странные увлечения. Однако, при ближайшем рассмотрении, многие из них могут стать просто индивидуальным путем к Богу.

В Евангелии от Луки (гл. 19, ст. 39-40) говорится о том, что ученики Иисуса начали громко славить Бога за те чудеса, которые им довелось увидеть. «И некоторые фарисеи из среды народа сказали Ему: Учитель! запрети ученикам Твоим. Но Он сказал им в ответ: сказываю вам, что если они умолкнут, то камни возопиют».

*   *   * 

Каменные ангелы поддерживают тонкие готические колонны, глядя на новых прихожан – маленькие зеленые деревца дикой груши. Большой монастырь в романском стиле – двери келий открыты в коридор, из окон яркое солнце светит никому. Статуя святого Петра, теперь единственного прихожанина когда-то пышного храма, снята с постамента и смотрит с фото прямо нам в глаза.

Фото и видео с такими видами набирают тысячи лайков, ими полны Пинтерест и Инстаграмм. Их сделали любознательные постпаломники.

Как явление «urban exploration» – городское исследование – появилось давно. За последнее десятилетие оно оформилось в целую субкультуру со своими правилами, видами, реальными и виртуальными сообществами. Среди них различают несколько видов:

сталкеры – те, кто пробираются на заводы, больницы, города-призраки, парки развлечений;
диггеры – исследуют подземные сооружения, каналы, бункеры, линии метро;
инфильтранты – они просачиваются в такие места, где «вход строго запрещен»;

и, собственно, постпаломники – эти путешествуют по церквям, монастырям и замкам.

Все интересующие их места объединяет одно обстоятельство – все они «заброшки», покинутые людьми, полуразрушенные, забытые.

Рухнувший купол в заброшенном храме. Фото: ru-travel.livejournal.com

Молодых всегда манит старинное (не старое, заметьте, а старинное): вещи, сооружения, руины – там тайна, опасность, загадки прошлого. Благо, или, к сожалению, кому как, таких сооружений на наших и европейских просторах тысячи.

Негласное правило постпаломников: «Не брать ничего, кроме фотографий, не оставлять ничего, кроме следов».  

За чем же, кроме фотографий, они туда ходят?

Во-первых, за приключением. Пробираться с друзьями в заброшку, рассматривать сохранившиеся предметы, остатки росписи или скульптуры, искать артефакты.

Во-вторых, за переживаниями. Придуманное переживается так же остро, как реальное. Кто и когда здесь жил? Что с ними стало? Где они теперь?

А после этих, простых, вопросов в глубине души возникают другие. Может быть, руины помогают найти на них ответы.

Загадка времени

Девушка в заброшке. Фото: 34travel.me

Поднявшись на башню замка или стоя под куполом церкви, изнутри заросшей ежевикой, ощущаешь прозрачность времени. Из нынешнего можно заглянуть «в глубь веков» и одновременно ощутить границу «их» мира – строителей и обитателей этого дома, замка или храма и «нашего» – потому что сейчас он принадлежит нам.

В своих блогах постпаломники описывают это удивительное переживание «растворения времени». Вот этот храм стоит несколько столетий назад, в нем проходят службы, вот кто-то выцарапывает на камне «здесь были…» А сейчас мы проводим пальцем по этим «автографам» и ощущаем холод камня. Потом храм закрыли, или разбомбили, или сгорела крыша, и никто не стал чинить, в общем, его оставили за ненадобностью. И вот сейчас он такой. И мы можем коснуться этих видавших виды камней, посмотреть на небо сквозь дыры в столетней крыше. Сейчас так.

В Европе и Америке старинные церкви и костелы, закрытые за ненадобностью, переделывают в библиотеки, рестораны и даже ночные клубы. Полет духа, запечатленный в камне, превращается в каменное помещение для…

Кто ты?

Уже целое поколение выросло на фэнтези про перемещения во времени. Что молодые люди ищут в тех далеких временах? Мало кто из нас знает своих предков до седьмого колена. В лучшем случае прабабушек. Но вспомните, разве в юности вам не казалось, что вы были всегда и будете всегда? Наше свистящее над ухом время оставляет людей «без корней» – нас учат не заземляться, не углубляться, одному лететь к звездам легче и удобнее – «люби себя», «расти над собой»… а откуда и куда расти и за что любить, и кто, собственно, «ты» – модные коучи не объясняют.

На вопрос «кто ты» легче ответить, если знать, откуда ты взялся. Как в сагах о рыцарях и королях – «я такой-то, сын того-то из рода такого-то». Людям нужно это прочное основание – род, дом. Даже в родословии Христа написано, из какого он дома и колена. Они – удостоверение Его реальности.

В заброшенных замках, домах, церквях мы ищем неизвестных нам предков, свой род и… реальность нашей жизни.

Это все?

Заброшенный храм. Фото: kerrangjke.livejournal.com

Человеку для жизни нужно что-то большее, чем тело. Так же, как для здания нужно что-то большее, чем камни. Если в доме не живут, он разрушается. Если в храме не служат, в конце концов его стены упадут. Здесь, как и в человеке, видимое скрепляется невидимым.

Молодые люди в разрушенном храме – как зеленые побеги ежевики, случайно забравшиеся в руины. Но, в отличие от побегов, они могут стать новыми камнями и восполнить разрушенное. Да, возможно, не именно наши предки строили этот замок, этот храм, но они точно жили в те времена, а иначе откуда бы мы взялись. Эта приобщенность к временам и людям дает нам основание для продолжения жизни, надежду, что и мы оставим что-то после себя, если не храмы, то хотя бы людей. Эта укорененность во времени дает человеку еще и достоинство – не столько собственное (его еще заработать надо), а достоинство рода – если Бог продлил его жизнь тобой, значит, были там достойные люди и ты можешь продолжить их в своих детях.

Руины напоминают о вечности. Поэтому молодые люди так упорно заряжают батареи фотоаппаратов, экипируются и отправляются в небезопасные руины – искать свое место в вечности. Ведь вечность – место жительства души.

*   *   *

Группка молодых людей в заброшенной церкви рассматривает уже едва заметные росписи так, как артефакты неземной цивилизации рассматривает на чужой планете отряд астронавтов.

Фрески в заброшенном храме. Фото: 4turista.ru

Постпаломники, выросшие на фэнтези, уже не могут прочесть символы и знаки христианской культуры, и не потому, что они исповедуют другие верования, а потому, что никогда не видели их. Мы живем в постхристианскую эпоху. Где «пропаганда» христианства может быть наказуема. Особенно в европейских, когда-то просвещенных светом Евангелия, странах. Их храмы – туристические достопримечательности, их руины теперь воспринимаются как алтари Неведомому Богу. И может быть, молодые люди, гуляя среди этих руин с полустертыми изображениями святых, найдут исполнения пророчества Христа, когда Он сказал фарисеям – если мои ученики замолчат, заговорят камни. Пусть сейчас это заброшки, руины, но на них еще не стерлись печати духа тех, кто их строил, и тех, ради кого они были построены.

И какой-то парнишка, вернувшись из очередной вылазки, поинтересуется, кто были те люди, чьи лики смотрели на него со старой стены.

И тогда «заброшка» его души обновится.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Слова главы Госэтнополитики об ущемлении прав верующих УПЦ – это:
пересмотр позиции власти в отношении Церкви
26%
ее частное мнение
54%
затрудняюсь с ответом
19%
Всего проголосовало: 596

Архив

Система Orphus