Первый древнерусский журналист – Никон, игумен Печерский

Преподобный Никон, игумен Печерский

5 апреля (23 марта) наша Церковь празднует день памяти удивительного святого – преподобного Никона, игумена Киево-Печерской лавры.

Говоря об утверждении монашества в древней Руси, первым делом вспоминают Киево-Печерский монастырь и два «столпа» – святых Антония и Феодосия. Антония – как зачинателя отшельничества, и Феодосия – как основателя общежитийного уклада.

Но редко вспоминают, что столпы эти стоят на твердом  основании – человеке, которого оба они называли великим – Никоне.

«Был тот Никон священником и умудренным черноризцем, он и постриг блаженного Феодосия по обычаю святых отцов, и облек его в монашескую одежду.

И было тогда три светила в пещере, разгоняющих тьму бесовскую молитвою и постом: говорю я о преподобном Антонии, и блаженном Феодосии, и великом Никоне. Они пребывали в пещере в молитвах Бог у, и Бог был с ними; ибо сказано: «Где двое или трое собрались служить мне, тут и я среди них» (Патерик Киево-Печерский).

Как встретились Антоний и Никон мы не знаем, но знаем, что произошло это не позднее 1058 года. Скорее всего, когда Антоний вернулся в Киев с Афона, там уже были и монастыри, и монахи. Но бывший афонский отшельник  решил и здесь подвизаться в одиночестве. Судя по поздним записям, и Никон стремился к уединенной жизни. Вот эта любовь к тишине и молитве объединила Антония и Никона в пещерке над Днепром. Позже к ним стали приходить другие. Антоний своему отшельничеству не изменял и поручил постригать новых братий Никону.

Однажды это довело Никона, а за ним и всю братию до беды.

В Патерике Киево-Печерском есть рассказ о Варлааме и Ефреме: один был сыном боярина, другой – великокняжеским придворным. Оба решились стать монахами. С благословения Антония Никон постриг и молодого боярина, и придворного. Когда это стало известно великому князю Киевскому Изяславу, Никона призвали к ответу.

«Князь же сказал так: «Или убеди их вернуться по домам, или же и ты заточен будешь, и те, кто с тобою, а пещеру вашу засыплю». На это Никон отвечал так: «Если, владыка, угодно тебе так поступить – делай, а мне не подобает совращать воинов царя небесного».

Пока в княжеском дворе допрашивали Никона, Антоний с братьями собрались уходить из пещер, понимая, что княжеский гнев добром не закончится.

Но за монахов вступилась жена Изяслава. Когда-то из ее родины изгнали чернецов, и много бед тогда обрушилось на страну. Изяслав побоялся Бога, послушался жену и отпустил Никона и бывшего придворного Ефрема. Но отец Варлаама уступить не хотел. Силой забрал сына из обители, а монастырь разорил. Правда, Варлаам в домашнем заточении у отца отказывался есть и одеваться, и своим упорством удивил боярина. Тот видимо, все-таки сына любил, и, боясь за его жизнь, отпустил в обитель.

Людям светским кажется, что в монастырь идут, чтобы убежать от действительности, реальности, иногда очень грубой и тяжелой, заменяя ее идиллией, где все люди – братья, игумен – отец родной, старцы – чудотворцы. Но на самом деле нет большей реальности, чем жизнь человеческой души, а священники и монахи живут в самой гуще этой реальности. К ним идут за советом, помощью, утешением разные люди, принося эту реальность в самую глубокую пещеру, в самую уединенную келью. Надо знать, что такое боль сердца, трепет души – чтобы молится за спасение человека, надо знать, что такое радость – чтобы благодарить Бога.

После этого конфликта с властями Никон решил уйти из Киева и искать уединения в других местах. Так случилось, что таким местом стала Тмутаракань (один из древнейших городов Таманского полуострова). Недалеко от города он основал монастырь в честь Богородицы и там поселился. Прожил он в Причерноморье шесть лет. И снова политические дела вернули его в Киев. В 1067 году князь Ростислав был отравлен, и жители Тмутаракани послали Никона просить поставить нового князя.  Никон, передав их просьбу киевскому князю, заехал и в родной Печерский монастырь, где игуменом уже был его постриженник Феодосий. Феодосий любил Никона, как отца, и просил его не покидать больше обители. Никон, уладив дела в Тмутаракани, в 1068 году вернулся в Киев.

Недолгое политическое затишье дало возможность Никону пять лет пробыть в Киеве, а когда князь Изяслав был изгнан, Никон, поддерживавший князя, снова уехал в Тмутаракань. Он был связан с ней и с Богородичным монастырем до конца своих дней.

Но в Киев все же он вернулся снова. Уже после смерти Феодосия Никону пришлось стать игуменом Печерского монастыря на целых 10 лет.

Политика проникает за любые заборы, не стала исключением и ограда Киево-Печерского монастыря.

К 1068 году братия уже увеличилась настолько, что стала разбиваться на группы. Одни были последователями аскетического монашества, как Антоний. Но эта группа еще и «недолюбливала» правящего князя. Другие же вместе с Феодосием придерживались общежительства  и сотрудничества с властями. Никон же всегда держался особняком.

Такую позицию он занимал как человек мудрый, писатель и историк – так мы называем его сейчас, а тогда монахи звали его «великий книжник».

Дело в том, что все время жизни в Печерском монастыре он делал записи, которые позже вошли в «Повесть временных лет». Так считают ученые А. А. Шахматов и  Д. С. Лихачев на основании совпадения периодов жизни Никона со сведениями в летописи о событиях в Киеве и Тмутаракани. Считается, что Никон написал так называемый летописный свод 1070-х гг.

Были летописатели на Руси и раньше Никона, но именно он ввел писание в хронологическом порядке  с указанием точных дат. Он описывал Киев не только современный ему, но и древний, фиксируя расположение исторических объектов. На основе заметок Никона М. К. Каргер с другими археологами смогли установить очертания Киева  X-XI веков. Он включал в свои летописи материалы договоров Руси и Византии и комментировал их.

Он проверял сведения других летописателей, истинность их утверждений, рассматривал несколько версий событий. Редактируя более ранние летописи, своды конца Х века, он дополнял их сведениями о современных событиях – в общем, делал многое из того, что сейчас делают настоящие летописцы современности – журналисты.

Есть две приметы, которые позволяют выделить вставки Никона в «Повести временных лет»: фраза «до сего дня» и имена киевлян, живших в 1060 годы.

Не многих людей при жизни называют великими. Никона же великим называли святые Антоний и Феодосий. И было за что. При Никоне «многое начало быть»: устройство обители Печерской, постройка и украшение главного храма Успения Богородицы, при нем вырос и расцвел первый известный иконописец Алипий и начал писать Нестор.

Где почивают те князья, что сменяли друг друга на Киевском престоле, нам неизвестно, а великий Никон пребывает в своей Печерской обители «до сего дня».

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Как относиться к словам патр. Варфоломея, что украинцы ждали Томоса 700 лет?
мы ждали даже больше – 1 000 лет
3%
мы никогда ничего от Фанара не ждали
57%
тогда и давать надо было 700 лет назад
10%
не понимаю, откуда вообще эта арифметика
30%
Всего проголосовало: 1375

Архив

Система Orphus