Притча о жестоком заимодавце в истории коммунальной квартиры

Притча о немилосердном должнике. Эжен Бернанд (1850–1921). Фото: letterpile.com

Воскресное чтение о немилосердном должнике недели 11-ой по Пятидесятнице, поднимает тему справедливости и порядка с одной стороны, и прощения и любви – с другой.

Отношение к нам Бога может быть зеркальным отражением нашего отношения к другим. На вопрос «Что бы я сказал Христу, если бы Он явился в данное мгновение времени?» у меня есть только один ответ – «Господи, прости меня за все!» Но почему же нам так тяжело прощать от сердца других? По всей видимости потому, что где-то в глубине нашей души живет закон, который требует справедливости и порядка. Глеб Жиглов внутри меня бескомпромиссен: «Вор должен сидеть в тюрьме». Собственно, так и поступает немилосердный заимодавец, отправляя своего должника в долговую яму.

Достижение идеала справедливости и порядка – это задача на самом деле невыполнимая. Рано или поздно каждому придётся согласиться с этим утверждением. После чего или научиться прощать и любить людей такими, какие они есть, или же прийти в очень печальное душевное устроение. Самой лучшей иллюстраций правдивости этих слов является изучение быта и жизни коммунальных квартир.

Справедливость и порядок

«Ну, что ж... обыкновенные люди... в общем напоминают прежних... квартирный вопрос только испортил их…» (М. Булгаков «Мастер и Маргарита»).

Для советских коммунальных квартир вопрос о справедливости – самый актуальный, он всегда лежал в практической плоскости. Кроме общей арендной платы были и такие виды расходов, которые можно было урегулировать только сообща, например, плата за электричество.

Сразу стало понятно, что распределять между жильцами квартир то, что насчитал общий счетчик, невозможно. У кого-то появился утюг, а кто-то приобрел телевизор. Не было никакой возможности установить справедливый тариф для каждой комнаты. Поэтому электрические счетчики у всех были индивидуальными. Но существовало и общее пространство: коридор, ванна с туалетом, кухня. Казалось бы, тут все просто, оставшуюся разницу в потреблении распределяйте поровну между всеми комнатами и не будет проблем. Но проблемы были и еще какие.

Сидоровы против Ивановых

Условные Сидоровы из 1-й квартиры отказались платить за общий тариф, считая, что с них берут больше положенного. Причина оказалась в следующем. У входа в коммуналку висит один общий звонок. Рядом табличка с надписью: «Сидоровым в первую квартиру звонить раз, Петровым во вторую два раз, Ивановым в третью три раза».

К Ивановым часто приходили гости, которые звонили, как и положено, три раза. К Сидоровым в гости вообще никто не ходил. Слушая звонки, Сидоровы пришли к выводу, что количественная разница в срабатывании звонка такова, что существенно влияет на общие затраты электроэнергии. Следовательно, платить поровну с их точки зрения несправедливо.

Для того, чтобы хоть как-то добиться справедливости и порядка, нередко при входе в ванную комнату у каждого был свой выключатель, соединённый с индивидуальным счетчиком. Скандал в этом случае начинался с того момента, когда кто-то из гостей, не зная где чей выключатель, пользовался чужим. Иногда включатели туалета находились внутри каждой комнаты. Но и тут напряжение возникало, когда хозяин, предварительно включив «свой свет», дойдя до туалета обнаруживал, что туда уже кто-то зашел раньше его, и таким образом пользуется в том числе и его электричеством. В описываемый период времени плата за один киловатт электроэнергии составляла 2 копейки.

Мое и чужое

Среди прочих случаев меня заинтересовал реальный инцидент, который приключился в одном их таких коммунальных общежитий. На общей кухне в коммунальной квартире у каждого был свой уголок, свои кухонные принадлежности, которые были частной собственностью, находящейся на общей территории. Итак сосед, вернувшись с дачи, обвинил другого соседа в том, что тот пользовался его спичками. Оказывается, перед тем как уехать из дома, он пересчитал все спички в своем коробке. А вернувшись обнаружил, что нескольких спичек не хватает. Коробок спичек стоил на то время одну копейку.

Но не будем спешить обвинять этого человека в провокации и паталогической жадности. Когда виновный сосед вернул целый коробок спичек предъявителю обвинения, тот выбросил эту коробку в окно со словами: «Мне не нужны Ваши спички, мне нужно, чтобы никто мои вещи не трогал». И нужно сказать, что по-своему он был прав. Ведь и в самом деле не важно, что ты взял – одна ли это спичка, щепотка ли соли или кусочек сахара, важно другое. Это не твое, а следовательно, прикасаться к этому ты не имеешь никакого права без разрешения хозяина.

Можно было бы приводить очень много интересных наблюдений из жизни жильцов коммунальных квартир. Тема такого быта была одной из любимых в творчестве М. Зощенко. Стремление установить справедливость и порядок нередко заканчивались межкомнатной войной и скандалами.

По большому счету жизнь в коммунальный квартире – это небольшая модель международных отношений и общечеловеческих принципов общежития. Как бы не старались жильцы коммуналки отрегулировать свою жизнь многочисленными правилами и предписаниями, которые были в виде предупреждений развешаны на тетрадных листах возле туалета, на кухне, в коридоре, дойти до консенсуса удавалось далеко не всегда.

Родом из коммуналки

Живя в обществе, мы, по сути, находимся вот в таком общежитии. В нем нам нужно или бесконечно воевать за справедливость и, так ничего не добившись, пасть смертью храбрых в этой борьбе. Или же научиться отпускать обиды хотя бы ради того, чтобы и Бог нам смог все простить.

Кроме сотен страниц вот таких анекдотических примеров конфликтов и нестроений, история коммуналок несет в себе не меньше примеров героизма и жертвенности. Сколько детей, погибших на фронте родителей, воспитала «коммунальная общественность». Притом заботились они о них не меньше, чем о своих собственных: кормили, воспитывали, учили, выводили в люди, женили, а потом нянчили их детей. Скольким старикам и старушкам не дала она умереть голодной одинокой смертью. А сколько примеров общечеловеческой солидарности, любви, несения креста друг друга видели вот такие коммунальные стены.

Это была особая эпоха, особый вид человеческих взаимоотношений, о чем, к слову сказать, не раз с любовью вспоминали те люди, которые ее застали.

История жизни тех, кто населял коммунальные квартиры, очень похожа на историю Притчи о жестоком заимодавце. Кто-то отдавал последнее и все прощал, а кто-то отбирал последнее и считал себя правым. Нужно сказать, что те, кто поступал «по справедливости», нередко заканчивал свою жизнь очень плохо.

Постоянная жизнь во атмосфере подозрительности к тому, что у тебя за спиной кто-то прикасается к твоим вещам, ест натихаря твою еду, ворует твои продукты, приводили к тому, что с возрастом эти навязчивые мысли выливались в конкретные психические проблемы. Сначала такие люди начинали на кухне пристегивать свои кастрюли за ушки специальными небольшими замочками. Потом им начинало казаться, что соли в пачке стало подозрительно мало по сравнению с тем, сколько ее было вчера. А в общем холодильнике какой-то сосед его красивые, сочные помидоры поменял на вялые и сморщенные.

Эта подозрительность усиливалась все больше и больше. Писались жалобы в милицию с просьбой разобраться и навести порядок. Нередко такой человек в отместку за призрачное воровство начинал воровать сам, стараясь таким образом установить «законную справедливость». Потом у него возникало подозрение, что соседи хотят его убить, подбросив яд в еду или напустив газ в комнату и т.п. Такой человек становился бичом для всего дома. Но, самое худшее, эти люди умели очень правдоподобно писать клеветнические доносы в компетентные органы, становясь причиной тюремного заключения ни в чем не повинных людей, а иногда и их гибели.

С тех пор ничего не поменялось. Изменились условия нашего быта, межличностная коммуникация стала другой, но и «Притча о жестоком заимодавце» была, есть и будет актуальной, пока стоит наш мир.

*   *   *

В каких бы условиях не проходила наша жизнь, мы всегда будем стоять перед выбором – добиваться справедливости или прощать. Нужно сказать, что ответ на этот вопрос тоже является далеко неоднозначным. Ведь жизнь так устроена, что не всегда можно и нужно прощать. Нередко бывает и так, что по Евангельской этике нужно добиваться справедливости. Вот только какой будет правильный ответ в каждом конкретном случае, мы можем решить, руководствуясь не здравым смыслом и логикой, а совестью и внутренней сердечной интуицией.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Как вы относитесь к словам патриарха Феодора, что англикане – это Церковь-сестра
поддерживаю, мы все христиане
4%
есть только Православная Церковь, все остальные – отпавшие от нее
65%
после предательства Феодора серьезно не воспринимаю его слова
31%
Всего проголосовало: 675

Архив

Система Orphus