Три дня искупительного подвига, или Почему Пасха начинается в Пятницу

Во времена первых христиан Пасхой считались три дня: Страстные Пятница и Суббота и сам день Воскресения. Фото: invictory.org

Первое воскресение человеческих сердец произошло в апостолах и женах-мироносицах. И продолжается оно по сей день во всех верных Христовых. Произойдет ли оно и в нас?

«Вот мы и вплотную приблизились к Пасхе Христовой», – так можно было бы начать статью, посвященную любому дню Страстной Седмицы, но в этот раз хочется сказать немного по-другому: «Вот мы и достигли Пасхи Христовой».

Звучит немного непривычно, правда? Какая же Пасха, когда сейчас перед нашим взором встают Страдания Спасителя, Смерть, Погребение и Сошествие в ад? В том то и дело, что с древних времен для христиан Пасхой почитались все три дня, а не только один день Воскресения. Великие Пятница и Суббота именовались Страстной Пасхой. Победы Христа над смертью не было бы, если бы не было самой смерти Христа. Искупительное значение имеют и Боговоплощение, и оставленное Спасителем учение, и Его пророчества, и совершенные Им чудеса. Однако центральное место в Искупительном подвиге занимают Страдания, Смерть и Воскресение.

«Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились» (Ис. 53, 5), – пишет пророк Исайя. На внутреннюю связь событий всех трех дней указывает тот факт, что основным прообразом Крестной Смерти Спасителя было ветхозаветное пасхальное жертвоприношение агнца. Добавим в этому еще и слова Иоанна Предтечи: «Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1, 29).

Никакая необходимость не довлеет над Христом, Он идет на Крест свободно, исключительно из любви к человеку.

Никакая необходимость не довлеет над Христом, Он идет на Крест свободно, исключительно из любви к человеку. Мы помним, что иудеи хотели сбросить Спасителя со скалы после Его проповеди в назаретской синагоге, но тогда Он воспользовался Своей властью, прошел невидимым между ними и удалился (Лк. 4, 28-30). Мы помним, что и во время разговора с Пилатом Христос указывает, что если бы Он захотел, то умолил бы Отца послать ради Его освобождения двенадцать легионов ангелов (Мф. 26, 53). В первом эпизоде еще не пришло время, во втором – Господь свидетельствует о Своем всемогуществе, перед которым и сам прокуратор, и все озлобившиеся иудеи, и мы с вами – лишь «букашки», но самые дорогие Богу «букашки», ради которых Он грядет на вольную муку.

С момента Боговоплощения Сын Божий начал путь кенозиса – самоуничижения, буквально – истощания, а в пытках и Крестной Смерти этот путь обретает свое завершение. Христос, говорит апостол Павел, «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2, 8), – это преодоление крайних последствий грехопадения, самым тяжелым из которых является смерть. А ведь именно смерть является ненормальной, трагической, противоприродной реальностью.

«Сын принимает позор, бесчестие, проклятие, – пишет В. Н. Лосский, – Он берет на Себя объективное состояние греховности, подчиняет Себя условиям нашей смертности. Отказываясь от Своих царственных преимуществ, Он все глубже и глубже сокрывает Свою славу в страдание и смерть. Ибо Ему надлежит обнаружить в Своей собственной плоти, насколько человек, которого Он создал по образу Своей совершенной красоты, обезобразил себя грехопадением».

Смерть является ненормальной, трагической, противоприродной реальностью.

Мы были прокляты, и Бог удаляется от проклятого, а точнее, проклятый не может находиться рядом с Богом: «Боже Мой, Боже Мой! – для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27, 46), – это вопль Христа от лица всего человечества, но это и начало 21 псалма – молитвы праведника, который чуть далее просит: «Не удаляйся от меня, ибо скорбь близка, а помощника нет» (Пс. 21, 12). Сегодня у нас не только есть помощник, сегодня разверзнувшаяся пропасть между человеком и Богом преодолена. Оставленность и отчаяние побеждены. Смерть больше не имеет своей прежней власти над нами, как говорил святитель Иоанн Златоуст. Поглотив Христа, она мучилась родовыми муками и, наконец, исторгла Его, а вместе с Ним и нас. Преподобный Максим Исповедник указывает, что Крестная Смерть Спасителя была как суд над судом.

Но вот праведный Иосиф Аримафейский снимает с Креста Тело Господне и полагает Его во Гроб. Муки Спасителя окончились, наступает время родовых мук смерти и момент тишины для тех, кто остался на земле. В это же время в аду все сотрясается, все запоры и замки разлетаются в клочья, властелин ада суетится и мечется, он ничего не может поделать, никак не может противостоять вторжению в свои владения. Тихая, но уверенная поступь Христа свидетельствует о том, кто же на самом деле является Царем Мира. Наконец, наконец, напряженность ожидания Мессии разрешается в проникающем даже в самые темные углы Свете.

До Спасителя в ад спускались пророки, каждый из которых нес свое свидетельство о грядущем Спасителе мира, последним с проповедью туда вошел Иоанн Предтеча, лично видевший Христа. Все, кто с верой ждал Мессию, будут освобождены: «Христос пришел не ради тех только, которые во времена Тиверия кесаря уверовали в Него, – пишет святитель Ириней Лионский, – но для всех вообще людей, которые от начала в своем поколении по силе боялись и любили Бога, и праведно и благочестиво вели себя в отношении к ближним, и желали видеть Христа и слышать Его голос. Посему всех таковых Он во Втором пришествии Своем прежде воздвигнет от сна».

Страстная Пасха позади, наступает время Пасхи Красной.

Святитель Фотий Константинопольский говорил, что дьявол рвался ко Кресту, потому что думал, что убив Христа, он может победить Его. Он полагал, что завладеет очередной человеческой душой. Но Эта Душа была не простой, хотя она и разлучилась с Телом, однако с ней (как и с Телом) неразлучно осталось соединено Божество. Потому диавол прогадал, убив Христа, он проиграл окончательно. Ад не выдерживает Божественной силы и славы Его, он трещит, разрывается.

Что в это время чувствовали Богородица, апостолы и мироносицы на земле, передать невозможно, мы только можем догадываться об этом. Однако, зная их переживания, Господь сокращает время пребывания в Смерти. Он пролежал в Гробу три дня, но не трое суток (не 72 часа).

Последняя степень самоуничижения становится переходом к славе. Страстная Пасха позади, наступает время Пасхи Красной. В Воскресении вошедшая в Спасителя смерть испепеляется, иссохшее древо человеческого рода прививается к Источнику Жизни и далее Жизнь вторгается во Вселенную, весь космос осиявает сила Жизни: «Славное Воскресение Христово есть собственное наше воскресение, которое мысленно совершается и проявляется в нас, умерщвленных грехом», – пишет преподобный Симеон Новый Богослов.

Первое воскресение человеческих сердец произошло в апостолах и женах-мироносицах, и продолжается оно по сей день во всем сонме верных последователей Христа. Произойдет оно и в нас, если примем участие в Страданиях Его и сообразуемся со смертью Его (Флп. 3, 10).

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Система Orphus