В Вербное о вечном, или О чем говорил Лазарь сестрам по своем воскресении

Евангельские сюжеты (темплон): Воскрешение Лазаря, Вход Господень в Иерусалим. Фрагмент. Византия; XIII в.; Египет. Синай, монастырь св. Екатерины. Фото: ruicon.ru

Евангельский отрывок в день Входа Господня в Иерусалим начинается с воспоминания о воскрешении Лазаря. Это неслучайно и символично: многое начало быть после этого чуда.

«За шесть дней до Пасхи пришел Иисус в Вифанию, где был Лазарь умерший, которого Он воскресил из мертвых» (Ин. 12:1) – так начинается праздничное Евангельское чтение Вербного воскресения.

Что рассказал Лазарь о своем посмертном путешествии родным сестрам? Где странствовала его душа, и какой он увидел нашу жизнь после того, как воскрес? Был ли он рад тому, что снова вернулся на землю?

Очень много хотелось бы нам узнать и спросить у Лазаря, но Евангелие не отвечает на эти вопросы. Но зато об опыте Лазаря нас учат люди, которые, еще находясь в земном теле, смогли получить гражданство Неба. Они предупреждают о том, чтобы мы перестали жить мечтами, которые способны только на убийство самих себя. Найти уют и душевное тепло в этой жизни – мечта. Найти в нашем мире сострадание и сочувствие – мечта. Найти в земном бытии опору и убежище – мечта. Найти в отношениях с людьми понимание и поддержку – мечта. Найти в мыслях смысл и содержание – мечта. Найти в плотской любви цель и совершенство – мечта.

Вся наша жизнь станет реквиемом по мечте, если мы не найдем в ней дверь туда, где все перечисленное реально и бессмертно. Отдав силы души земле, взамен мы получим только тлен и прах. Не видящий Божественного света – слеп. Не слышащий Божественной правды – глух. Не чувствующий Божественной любви – мертв. Наши глаза видят лишь ограниченные кусочки земной реальности, зато сердце способно охватить собой весь мир, если мы только позволим ему раскрыться в Боге.

Не видящий Божественного света – слеп. Не слышащий Божественной правды – глух. Не чувствующий Божественной любви – мертв.

Где-то там глубоко внутри, находится духовное сокровище, озаренное нетварным светом. В этой глубине нет ни мыслей, ни рассуждений, ни логического мышления, а лишь интуиция и мудрость благодатного духа, свободные от всех условностей падшего мира. Проход к этому сокровищу закрыт на замок, обвит цепями порочного мышления, ненависти и страха. Но стоит только перестать ждать от людей любви, перестать осуждать и начать желать всем спасения, как одна из этих цепей падет на землю. Как только мы перестаем делить людей на врагов и друзей – падает другая. Уберешь страх перед будущим – свалится третья и т.д. После этого ты начнёшь видеть, что искушения, которые часто входят в нашу жизнь, есть милость Божия, помогающая обратиться внутрь самих себя, туда, где ждет тебя Господь, словно блудного сына.

Стоит только начать жалеть всех людей, не только хороших, но и плохих, как от злых мыслей в душе не останется и следа. А доброму сердцу сатана не может причинить никакого вреда, потому что не может даже приблизиться к нему.

Родители хотят видеть детей умными, образованными, «успешными», богатыми, но как мало таких, кто учит их быть добрыми и благодарными. Тех, кто обладает качествами первых, в аду полным-полно, но там нет ни одного, кто обладал бы качествами вторых. Добрые и благодарные люди – соль нашей земли, только на них и держится мир, хотя их самих найти почти невозможно. Живут эти люди в безвестности и простоте, так что скажи кому-нибудь о том, что этот человек святой жизни, он ни за что не поверит, так как тот ничем не отличается от миллионов ему подобных.

Но если присмотреться к такому благодатному человеку повнимательнее, то можно заметить очень важную деталь. Его не коснулась болезнь самолюбия, жестоко мучающая все остальное человечество. Живет такой человек сердцем, а ум его отражает свет Божественной мудрости. Такой человек щедр, потому что на земле ему ничего не нужно. Он уже гражданин Неба и благодать хранит его от всякого рода зла. Его поступки  бескорыстны. Он не привязан ни к чему мирскому, потому что уже тут, в земной жизни, вступил в бессмертие. Такой человек всегда стремится к уединению и предпочитает быть в безвестности. Он хорошо знает, что безмолвие ума приобретается в тишине и молчании, а благодать Духа Святого входит через непрестанную молитву, которая возможна только вдали от мирского шума и суеты.

И страдания, и радости наши в руках Божиих, все Им посылается ради нашего спасения и нового рождения души.

Человек всю свою земную жизнь ищет счастья, но так и не может его найти. Тот же, кто понял, что счастье – это непрерывное пребывание в благодати Святого Духа и блаженстве преображенного сердца, никогда не променяет его на «друзей» и праздную болтовню. Счастье – это прежде всего радость, а что может быть радостнее обретения вечной жизни, покоя ума и созерцания Света Истины? Тот, кто вступил на этот путь, постигает спасение в молитве и продолжает его в повседневных делах, обретая через это духовную помощь и благодать.

Самая сокровенная глубина сердца есть область Небесного света, а величайшая тишина ума – блаженная страна спасения во Христе. Похоронив в глубокой яме бесстрастия мучающие нас день и ночь привязанности, страхи, злобу, разочарование и уныние, душа совлекается оков мира. Налетающим на нее бурям искушений и скорбей она не внемлет, потому что всем своим существом обняла Христа и прильнула к Нему каждой клеточкой своего сердца.

И страдания, и радости наши в руках Божиих, все Им посылается ради нашего спасения и нового рождения души. Тот, кто ищет в жизни многого, так же много и потеряет. А тот, кто ищет только одного – единства царства своей души с Царством Божьим – обретает все. Найдя смирение, он находит и Христа. А уподобляясь Христу, попадает в объятия Небесного Отца и обретает радость, которую у него уже никто не отнимет.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

К чему приведет разговор Епифания и главы Госдепа о «помощи переходам» в ПЦУ?
к новой масштабной волне захватов
41%
к давлению властей на УПЦ
46%
ни к чему не приведет
13%
Всего проголосовало: 652

Архив

Система Orphus