Праздник в условиях карантина: Пасха-2020 глазами читателей СПЖ. Часть 2

Фото: kontrakty.ua

Сегодня редакция СПЖ публикует 2 часть историй нашего общего, бесценного духовного опыта празднования Светлого Христова Воскресения в особых условиях.

Мы благодарим наших читателей за то, что отозвались на наш призыв и поделились своим сокровенным.

Как это было в 2020-м – в комментариях читателей СПЖ.

Авторские орфография и стиль сохранены.

*   *   *

Ирина: «Остались только смешанные чувства»

Христос Воскресе! Рада за тех, кто встретил Светлый праздник достойно. И разделяю горечь тех, кто встретил не так, как собирался.

Когда писала «кого где Господь сподобит Пасху встретить», была уверена, что сама-то уж буду в храме или хотя бы рядом... Но у нас, увы, тоже передали всем, что служба будет без прихожан, можно только «кошики» с вечера в храм занести, а днем забрать – только не в них же дело… Тоже смотрела онлайн-трансляцию, и тоже – «не то». Хотя, по грехам моим, благодарна и за такую возможность.

Начинала смотреть в 23.00 трансляцию из Феофании – но там показали сразу службу Светлой Пасхальной Заутрени, да и комментарии (хоть и хорошие, деликатные – спаси, Господь, протодиакона Александра Карпенко и всех «служащих, труждающихся и поющих»), всё-таки отвлекали (с пользой посмотрела эту трансляцию на следующий день).

Но для меня был важен, хоть уже и небольшой, остаток Великой Субботы, канон «Волною морскою…», «Не рыдай Мене, Мати…», а потом – «возстану бо и прославлюся и вознесу со славою, непрестанно яко Бог», переводящее скорбь в радость… Стала искать подходящую прямую трансляцию в реальном времени – хоть уж так «едиными усты и единым сердцем»… Мелькают в ленте ютюба: Таллинский кафедральный собор – 1000 просмотров, храм в Улан-Удэ – трансляция закончена, Почаевская лавра – «смотрят сейчас более 4 000»… Присоединилась к празднованию.

Кстати, с посещениями Почаева у меня – личные чудеса. Давно хотелось туда поехать, но, когда остались с дочкой-дошкольницей одни, – первое время было непросто во всех отношениях. А тут как-то забегает соседка: «Нас от работы бесплатно в Почаев везут, а у меня корова телится – остаются два места в автобусе, отправка через час». Так мы в первый раз в Почаев и попали, соседку с тех пор непрестанно поминаю как благодетельницу.
А вот, как сейчас говорят, крайний (дай-то Бог, не последний) раз – лучшая подруга и кума решила паломнической поездкой в Почаев сделать мне подарок на день рождения; извинялась, что почти на месяц раньше – но как промыслительно оказалось: через несколько дней после нашего возвращения карантин начался.

Так вот и сейчас – как раз успела к началу праздничной полунощницы в Почаевской лавре! Надела наушники (родные спят, вместе со мной с нетерпением и радостью ждут каждый год пока что только схождения Благодатного огня), шёпотом отвечаю со всеми: «Воистину воскресе!», слушаю, как перекликаются великолепные лаврские хоры… Но всё равно – онлайн-трансляция хоть и утешение, но слабое. Не хватало личного присутствия в храме и всей живой атмосферы Пасхального богослужения, сосредоточенных батюшки и алтарников, Крестного хода, уже привычного клиросного пения – хоть и обихода, но не менее радостного, сомолитвенников «братий и сестер святаго храма сего». Даже захожан, среди которых каждый год находится пара в тёплых куртках или даже шубах, которые сначала с огромными корзинами проталкиваются вперёд к подсвечникам, а через несколько минут, узнав, что «ещё долго» и поняв, что у заполненных горящими свечами подсвечников жарко, пробираются обратно… Но самое главное – не хватает Чаши на престоле, живого присутствия Того, Кто в ней и особенно торжественного в этот день Причастия.

А дома сама я со временем начала отвлекаться на постороннее, тут уже и ноги устали стоять... На службе в храме у меня лучше получается сосредоточиться, тело «цепляется» за дух и если он «горЕ», так и не заметишь, что уже утро, и действительно, после 5-тичасового богослужения легко идёшь домой «весёлыми ногами» с пасхальным колокольным звоном в душЕ… А тут – как будто колокола и раскачиваются, а звон не слышен…

К 4 утра решила всё же сходить к храму, благо недалеко – а вдруг передумали, вдруг все выйдут в конце службы на улицу или ещё кто-то из прихожан к храму пришёл, будет хоть кому «Христос Воскрес!» сказать или ответить «Воистину Воскрес!» Собралась (плюс маска, перчатки, антисептик, даже бахилы в аптечке нашлись – сгребла всё в сумку). А возле храма – темно и пусто, шторы на обоих окошках задёрнуты, только свет чуть пробивается, что читают и поют не слышно (всплыло в памяти – «страха ради иудейска»). Не стала уже и заходить, тревожить молящихся в храме – сама, грешная, последние недели дергалась, когда двери во время службы открывались… Хотя, там вот брат правильно написал, было и у нас такое на Вербное:

«Ми молитись справді стали в той момент,

Як ввійшов до храму серед служби мент...»

В общем, перекрестилась, поклонилась и пошла восвояси. Онлайн как раз читали молитвы на благословение пасхальной снеди – покропила крещенской водой свой «кошик», на том и всё. Остались только смешанные чувства – радость от наступления Праздника и горечь от той обстановки, в которой его встретила. От своих противоречивых чувств, наверное, и «полотно» такое накропала, заранее прошу прощения за многословие у тех, кто возьмется читать, а особенно – у тех, кто всё же дочитает.

Пожалуй, надо быть настойчивей в отстаивании своего конституционного права на свободу вероисповедания. «Телец упитанный» из Огласительного слова на Пасху Иоанна Златоуста оказался для меня в этот раз, скорее, ветхозаветным ягненком с «горькими травами». Но как горькие травы призваны были напоминать евреям о горечи рабства и предварили исход из Египта, так, надеюсь, приправленные горечью воспоминания о Пасхе 2020 года будут способствовать моим «исходам» из страха, лени и нерадения о своем спасении, ради которого умер и воскрес Христос.

Христос Воскресе!

*   *   *

Алексей: «Слава Богу, удалось быть на литургии и даже причаститься»

Добрый день! Меня зовут Алексей, мне 23 года, город Одесса. Пасхальные богослужения посещаю с детства. Несмотря на уникальность ситуации, в этом году, слава Богу, удалось быть на литургии и даже причаститься (все нормы были соблюдены, дистанции выдержаны, маски натянуты).

Искренне сочувствую и сопереживаю тем, кому пришлось остаться дома.

Красной нитью всей Страстной Недели и Пасхи для меня стало осознание того, что в церкви мы все не потому что «так принято» или что-то надо посвятить, зажечь и куда-то донести. А по милости Божьей. Даже смысл слов «по милости Божьей» раньше был как-то «смазан» у нас, православных. Говорили к месту и не к месту. А теперь стоишь, руки крестом на груди сложил (если повезло) и думаешь: «Только бы сейчас не выгнали». Вот так было и на эту Пасху. Не выгнали, пока. По милости Божьей. Ну как же тут не радоваться? 

*   *   *

Верующие с Кодымы: «ОНИ разделили нас физически, но не смогли отнять у людей ощущение пасхальной радости»

Христос Воскрес, уважаемая редакция СПЖ!

Посылаю информацию о нашем празднике, а также ссылку на фото на Гугл диске.

Пока в разных городах Украины прихожане размещались на разрешенной расстоянии во дворах и вокруг храмов, в Кодыма Одесской области полицейские устроили блок-посты на всех дорогах в храм, и выстроили целые полицейские «ворота» у ворот храма, чтобы паломники не имели возможности попасть хотя бы на храмовую территорию.

Уже в 23 часа началась пасхальная полунощница. В полночь из Кресто-Возвиженского храма под пасхальный перезвон вышел торжественный крестный ход с участием священно-церковнослужителей храма и прихожан. Прихожане, которые остались за церковным забором, тоже приняли в нем участие – молитвенно.

В конце Божественной литургии к пастве с приветственными и напутственными словами обратились настоятель храма протоиерей Георгий Кушнир и клирик храма протоиерей Георгий Худинец. После прочтения молитвы под пасхальный перезвон и пение хора были освящены пасхальные корзинки.

Заметим, что в тех условиях, которые создала нам для служения районная власть, этот праздник был особенно молитвенным, горячим, ревностным и, как никогда, возвышенным.

Мы восхищаемся теми, кто остался на улице за церковным забором, теми, кто зажег свои свечи и молился вместе с нами всю ночь, с теми, кто, услышав, что в храме священник произносит «Христос Воскресе!», радостно отвечали «Воистину Воскресе!», стоя там, вдали от церковного алтаря.

ОНИ разделили нас физически, но не смогли забрать возможности совместно молиться и быть соучастниками богослужения, не смогли отнять у людей ощущение Пасхальной радости.

Прихожане, духовенство и клир храма были в полном единении. Свечи, зажженные в храме, и свечи, которые холодной ночью держали в руках «зазаборные» прихожане отражались огоньками в свете звезд.

Эта Пасха – наша личная жертва Богу, Пасха нашей души.

*   *   *

Малый хор: «А нам храм жизненная необходимость, а не колбаса с салом!»

Вечером накануне Пасхи мы, малый хор, собрались в 21 час на репетицию. Тут вдруг регенту позвонил настоятель и сказал, что нам не разрешено петь, только «большому» хору. А нам сказал попрятаться по закоулкам храма, чтобы нас не было видно.

Мы с горя решили хотя бы в классе пропеть Пасху и начали репетировать. Вдруг позвонил другой наш священник и сказал, чтобы мы всё же готовились петь. Все воспрянули! Отрепетировали, и в 22 собрались идти в храм, хотя там у дверей уже стояли полицейские. Но о. Адриан обещал запустить нас тайком через боковые двери. Вдруг он опять позвонил и сказал, что настоятель не благословил петь. Сказал, что запустит нас попозже.

Я решила сама сходить на разведку в храм, через главный вход. Нацепила маску, и вперёд.

На входе стояли три копа, меня они не пустили. Сказали, что сначала кто-то должен выйти, тогда запустят, чтобы количество людей в храме не увеличивалось, «ротация» чтобы была; мол, люди говорят, что только поставят свечку, а сами заходят и не выходят! Тут подошли еще несколько прихожан с пасхальными корзинами. Один мужчина очень возмущался, что не пускают. Я тоже говорю полицейскому: «Пойдите в супермаркет и посмотрите, сколько там людей!» Он ответил, что они здесь следят за «порядком», и что в супермаркете продукты жизненной необходимости. Говорю: «А нам храм жизненная необходимость, а не колбаса с салом!» Полицейский: «Я всё понимаю, но мы все оказались заложниками ситуации!» Короче, когда вышел один мужчина, они меня запустили.

Я приложилась к Плащанице, и пошла на выход, так как собиралась забрать рюкзак и с нашими потом опять зайти, но уже через боковой ход. Каким же был мой ужас, когда увидела, что в репетиционном классе не горит свет, и дверь закрыта! Звоню девочке с хора. Оказывается, о. Адриан их уже запустил.

Вышла на улицу, а тут группа наших прихожан подходит к боковым дверям, и я вместе с ними зашла в храм.

Таким образом, староста пару раз запускал очередную партию людей через этот боковой вход. После службы слышала, как полиция возмущалась: «Зашло немного, а после службы вышло человек двести!»

Зашедшие прихожане рассредоточивались по храму, в основном прятались в дальних закутках справа и слева, а также по бокам от клиросов, прячась за бортиками. Видела, как полицейский заходил в храм, но вглубь не прошел, осмотрелся и вышел.

От настоятеля через свечницу, которая обошла все закутки храма, прихожане были оповещены, чтобы на возглас «Христос воскресе!» никто не кричал в ответ, а отвечали шёпотом, чтобы через колонки на улице (служба транслировалась) «копы» не догадались, что нас в храме гораздо больше 10 человек!

Накануне мы убрали на клиросе, застелили пол ковром и покрывалами, чтобы на чтении огласительного слова Иоанна Златоуста и послания Блаженнейшего устроить традиционный привал. И вот, теперь клирос был пуст, а мы прятались, кто где мог.

В 23.30 началась полунощница. Батюшки без обычного сопровождения пономарей вышли к Плащанице на середину храма. Хор запел канон «Волною морскою...» Дьякон поглядывал на нас, стоящих на коленях на клиросе и робко выглядывающих. По его лицу было видно, что отсутствие привычного многолюдства, как обычно на пасхальную службу, наши выглядывающие с клироса головы, весь этот экстрим, который устроили власти нам в этом году, – производит на него впечатление. Конечно, не один он был впечатлён. Мы чувствовали себя некими партизанами, и хоть и были расстроены, что не поём, но даже несколько веселились необычностью ситуации. А вид со стороны был ещё тот: освещена только середина храма, боковые приделы в полумраке, там «кучкуются» люди в масках, а на левом клиросе стоим мы на коленях, чтобы не бросаться в глаза.

Хор пел пасхальный канон, но вся служба шла как-то тише, чем обычно. Раньше, в прошлые года, батюшки, как пасхальные яички, в разноцветных ризах выкатывались на амвоны всех трёх приделов, и громко, торжественно возглашали: «Христос воскресе!» Громче всех всегда был о. Владислав, чем очень веселил всех прихожан. А в этот раз только на центральном амвоне настоятель, выходя с кадящим дьяконом, как-то приглушённо, скромно так, но задушевно обращался к нам: «Христос воскресе!», и мы шёпотом отвечали ему: «Воистину воскресе!»

Так мы провели эту пасхальную службу, стоя на коленях на клиросе. После пасхальной службы, когда мы разговлялись в трапезной, туда зашли двое полицейских, погреться и подкрепиться трапезой. А мы им: «Христос воскресе!».

*   *   *

Сергей Черный: «Это способно дать всей нашей Церкви силы выдержать те испытания, которые нам еще предстоят»

Здравствуйте уважаемая редакция СПЖ!

Христос Воскресе!

Решил откликнуться на ваш призыв и поделиться своими ощущениями и чувствами от предвкушения и встречи этого Торжества из торжеств в сегодняшнее непростое время.

Нам с супругой не привыкать к холодной Пасхе – это был уже пятый год, когда мы встречали Пасху на улице перед храмом, хотя на этот раз все было действительно по-другому.

Другой храм из-за карантина, не видна сама служба – предыдущие 4 года мы встречали Пасху во дворе Благовещенского собора, где алтарь сооружался в палатке и все было невероятно торжественно, а карантинные ограничения убрали практически все внешние атрибуты торжества, и в довершение всего – вежливые, но суровые полицейские и гвардейцы, стоявшие у входа на территорию и периодически обходившие вокруг забора, следя за тем, чтобы прихожане не нарушали социальной дистанции. Ну и конечно же немного взволнованные храмовые волонтеры, которые встречали верующих у калитки и расставляли по заранее начерченным на брусчатке «социальным квадратам».

Такая обстановка могла даже со стороны походить на какой-то тюремный двор, если бы не радостные песнопения и возгласы из большой колонки на колокольне, на которые полный двор богомольцев отвечал «Воистину Воскресе!»

А что же творилось в душе? Признаюсь, что в душе не хватало сосредоточенности и искреннего праздничного чувства... Думаю, что причиной всему моя суетность, расслабленность и привязанность к внешнему – как только яркие краски у меня отобрали, то и Праздник сразу стал не такой радостный. Но головой я отчетливо понимал несколько вещей: первое – нам действительно повезло (конечно, я не имею в виду везение), ведь очевиден контраст с греками, у которых возможность встретить Христа Воскресшего отобрали чуть больше, чем полностью, да и многим католикам в плане празднования Пасхи досталось значительно меньше возможностей; второе – все, имеющиеся на сегодняшний день, ограничения не составляют никаких проблем по сравнению с ситуацией, в которой оказались множество приходов, у которых отобрали их храмы.

Сложно представить, как бы все сложилось, случись эта эпидемия годом ранее. И третье – события этого Великого Поста, этой Пасхи и этого года я не забуду «как страшный сон», ведь разве может «сон» быть страшным: Сам Господь послал всему миру такое испытание (и не просто так), мудрыми и рассудительными решениями наших архипастырей дал нам рекомендации, как продолжать жить богослужебной жизнью в этих непростых условиях; действиями Им же поставленной власти (верю что вся власть от Бога и нам на пользу) устроил карантин для меньшей суетности в пост и возможности творить более глубокую молитву, в том числе – и за многих страждущих ближних. А кроме того – создал условия, когда в пост практически каждая постовая служба для верующих, не говоря уже о самой главной, стала пусть маленьким, но исповедничеством перед окружающими, чем наш труд смог стать немного ценнее.

И самое главное, что в этом «сне» Господь милостиво сподобил нас грешных встретиться с Ним, и именно это способно дать нам и всей нашей Церкви силы выдержать те испытания, которые нам еще предстоят.

Это мои личные мнения и переживания. Я не претендую на сколько бы то ни было весомую авторитетность, но раз уж вы предложили такую возможность, то я решил воспользоваться. 

*   *   *

Галина Герлинская: «Христос Воскресе, православные!»

Во время карантина Господь сделал мне, недостойной, огромный подарок – возможность молиться на всех богослужениях из-за клиросного послушания. Эти эмоции: тишина в храме аж звенит, слышен каждый вдох, и Господнее присутствие настолько явное, что, кажется, можно коснуться рукой, – очень сложно описать. Так было и в Пасхальную ночь.

Городские власти отключили уличное освещение (якобы профилактические работы), и к храму пришлось добираться в кромешной тьме. Ночь была звездная, но очень холодная, правда, тихая-тихая – даже свечи на подсвечнике, что стоял на улице, не гасли. Рядом, как стражи у Гроба – полицейский и два нацгвардейца. Наш настоятель строго-настрого запретил стоять на улице – слишком строгие условия поставила полиция, но люди все-таки пришли. Кто-то приходил только на минутку, ему дежурный священник благословлял корзинку, и человек, кратенько помолившись, уходил. Но были и самые стойкие – стояли в масках, перчатках, на этом лютом холоде, и когда я на весь храм (как говориться, за себя, и за всех, кто не попал на службу) кричала в ответ на священническое «Христос Воскресе!» свое «Воистину Воскресе!» радостные голоса этих людей отзывались, словно эхом.

Чувства… Огромное чувство радости и глубокое осознание собственного недостоинства за то, что молилась в храме, когда большинству прихожан пришлось остаться дома. Благодарность полицейским, что не прогоняли людей, вопреки запретам. И еще – тихое торжество, и сейчас плещущееся в сердце, – Христос Воскресе, православные!

*   *   *

Екатерина Андрийчук: «Ощущение, словно Христа на распятие ведут, а заступиться за Него некому»

Эту Пасху никогда не забуду! На Крестном ходе: пономарь с крестом, 2 женщины с хоругвями, батюшка и 3 певчих. И все.

«Воскресение Твое Христе Спасе...» – а в горле ком, и слезы по щекам. Такое ощущение, словно Христа на распятие ведут, а заступиться за Него некому. И тишина. Весь мир вымер.

Батюшка возглашает: «Христос Воскресе!» А мы изо всех сил, со слезами на глазах, кричим «Воистину Воскресе!» – за себя и за тех, кто не смог присутствовать.

В храме – пусто. От всей души поем и ревностно молимся.

А на улице ревностно выполняют свои обязанности работники полиции.

Слава Богу за все! Христос Воскресе!

*   *   *

Nataliya Qaqa: «Слава Богу, все прошло мирно»

Слава Богу, и мы встретили Воскресшего Христа. В храме 10 человек, вверху на клиросе 15 человек спрятанных, все остальные на улице. Храм в окружении 10 полицейских-курсантов, точнее молоденьких курсантиков. Бедненькие замерзли, но до конца стояли. Они выполняли свой долг, а мы свой. Слава Богу, все прошло мирно.

*   *   *

Василий Медер: «Мы прославили Воскресшего Христа – это главное»

Христос Воскресе! Я священник храма Всех святых в Полтаве и хочу поделиться своими мыслями в эту необычную ночь. Такого ещё не было. Пришёл на службу за несколько часов до полуночи, вокруг храма тишина и два полицейских у ворот, которые несли свою службу. Поздоровались и сказали, что можете не переживать: трогать никого не будут, а только следить за порядком.

Зашёл в храм, там уже была свечница, два пономаря и настоятель. Время шло, а людей не было. Примерно после 11 начали подходить люди, а в мыслях и в сердце у меня волнение – как же всё будет. Начинается полунощница, занесли Плащаницу Спасителя и начинается тот момент: «Воскресение Твое Христе Спасе...» Сердце колотится, в глазах стоят слёзы. Прежде всего стыдно пред Воскресшим Христом и обидно за людей, что по своих грехах мы лишились той радости, которая была в прошлые годы.

Крестный ход, на улице человек 30 и 5 полицейских, и деток может 7. Первый возглас «Христос Воскресе», все с улыбкой на лице отвечали радостно «Воистину Воскресе». Служба прошла спокойно, причастников человек 20. Через час после окончания пришла одна бабушка и попросила освятить корзинку с паской, больше никого, хотя прошлые года шли до обеда освящать. Такого ещё не было – это факт. С одной стороны, печально, а с другой – мы прославили Воскресшего Христа – это главное.

Всех с Пасхой! Пускай в вашем сердце будет Христос, в душе – Пасхальная радость, а на уме – молитва: «Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав!»

*   *   *

Светлана Колисниченко: «Эти испытания отрезвили многих»

Да эта Пасха была особенной, и присутствие Божьей помощи ощущалось очень сильно. Нам повезло: мы служили в храме. А вот соседям не дали полноценно отслужить, только корзинки освятили. Боялись, чтоб не оштрафовали. Но не прийти не могли. Людей на службе было мало, но те, кто был, такую радость ощущали, как никогда. Эти испытания отрезвили многих. Показали веру нашу в истинном виде. А веры то не так и много в людях осталось. Может, поэтому и отнимаются у нас храмы.

*   *   *

Зарбазан: «Когда Христос среди нас явно – это не заменить никаким онлайном»

Накануне Пасхи наш батюшка сказал, что служба будет при закрытых дверях без прихожан. В 4.00 храм закрывается и все на этом. Поэтому молились с женой с онлайн трансляцией, но что-то подсказывало: надо идти. В 2.30 собрались и пошли. Ночь, ни души. Подходим, стоит наряд полиции и на территории храма, перед ним, человек 10, двери открыты и слышно проходящую, но уже заканчивающуюся службу.

Спасибо полицейским, они не препятствовали, а только наблюдали. Наша с женой радость не имела границ: быть здесь, когда Христос среди нас явно – это не заменить никаким онлайном. Батюшка прочитал поздравления и всех присутствующих попросил выйти на дорогу, как обычно святят у нас. И пошел окроплять всех выстроившихся.

Матушка попросила меня пройтись с корзиной для пожертвований. В общем человек 30 набралось, и радость чувствовалась на каждом лице. И полицейских батюшка окропил святой водой. На том и закончилось, продолжения не было, оно было уже дома.
А дома уже пришла мысль, что если Бог даст на следующий год отметить Пасху, отношение к ней будет другим. Только что-то теряя, мы понимаем истинную его ценность.
Мир всем, братья и сестры! Христос Воскресе!!!

*   *   *

Тамара: «Невероятная пасхальная ночь!»

Эта Пасхальная ночь была самая благодатная в моей жизни! Очень хотела на литургию, но полиция батюшку предупредила, что никого из прихожан не должно быть. Но сидеть дома этой ночью не смогла. Решила хоть издалека Крестный ход увидеть и попеть: «Христос Воскресе!»

Страшновато было идти ночью пустым селищем. Дошла до храма, ворота закрыты. Тихо. Страшновато (собаки бегают). Дождалась Крестного хода, и в щель ограды наблюдала и пела вместе с священниками. Потом в храме включили динамики, и я слушала праздничную службу.

Такой радости я никогда не чувствовала в пасхальную ночь и такой слезной молитвы... Приехала патрульная машина, приветливые полицейские оберегали меня. Единственное, замерзла я, но Господь согрел. Позже дал возможность быть на литургии в теплом месте. Я даже представить не могла, что у меня будет такая НЕВЕРОЯТНАЯ ПАСХАЛЬНАЯ НОЧЬ!

*   *   *

Марина Ковинько, прихожанка Свято-Вознесенского храма на Демеевке: «Пасха как всегда и по-другому, или А что дальше?»

Впервые одна. Впервые некуда пойти. Впервые никто не зайдет. Впервые не собираемся с демеевской молодежью разговеться после службы.

А завтра не будет традиционного пасхального пикника с друзьями.

Говорят, всё когда-нибудь бывает впервые.

Всю жизнь учусь не завидовать. Обычно более-менее удается. Но в ожидании праздников это уж очень сложно. В такие дни всего хватает. Не хватает большой дружной семьи, как у других. Или хотя бы маленькой.

Несколько последних дней просто захлестывало от жалости к самой себе. Сидишь, мол, такая, брошенная и никому не нужная... Люди куличи пекут, творожные бабки, яйца красят. Зачем оно мне для себя одной? И вообще, я что, ребенок, чтобы с этим цацкаться?

С экрана чиновники призывают оставаться дома и праздновать с... семьей. «Чего?!» — раздражаюсь в ответ, будто они это слышат.

Я, конечно, не сирота казанская. И вовсе не одинокая. Просто сложилось так, что с любимыми меня разделяют километры. Не такие уж и большие, но пока непреодолимые.

...Великая суббота. В спешке пытаюсь закончить хоть поверхностную уборку. Интересно, а люди, у которых в связи с карантином уйма свободно времени, – они что, с другой планеты?

Правда, хочется остановиться, помолиться, подумать о предстоящем дне. Но у меня до сих пор всё вверх дном. «Куличики?! — ворчу под нос, размахивая тряпкой. – Пылищи на два пальца... Куличики они пекут...» В ванной кран капает, на кухне раковина забилась... Какое там молиться...

Почти десять вечера, а я все еще дотираю полы и параллельно довариваю яйца. Надо, наверное. Из семи сваренных два оказываются разбитыми. Да ладно, мне и пяти хватит.

Разбито у меня что-то другое... Пол домываю практически слезами. И вдруг, даже не знаю отчего, во мне рождается: «Господи, утешь, как Сам знаешь».

Утешил. Сражу же. К сожалению, не могу рассказать как. Но спустя всего какие-то час с хвостиком я понимаю, что никогда не была одна. Что Он всегда был рядом, даже когда не было людей. Да и люди, лучшие мои люди, никогда меня не оставляли. Чаще – я их. К счастью, мы все знаем, что нельзя быть ближе, чем в сердце друг друга, особенно если в наших сердцах есть Бог.

Какой же неблагодарной я бываю. В этот пост и особенно на Пасху я получила столько всего, чего не имели не то что многие, но, не побоюсь сказать, большинство людей.

Впрочем, нет ничего удивительного в человеческой неблагодарности. Удивительно, что Бог не забывает неблагодарного человека. Ну как этому не радоваться? Даже если с опозданием. Ведь слышала сегодня (увы, не впервые), что даже в одиннадцатом часу не поздно. Дерзну войти и в полдвенадцатого.

Возможность побыть в праздник одной дома, кстати, тоже дар. Стоит просто принять – и будешь блажен.

Пропела еще раз Пасхальный канон. Ну как умела. Зато не стесняясь. Задумываясь не только над смыслами, но и над поэтикой. Раньше не замечала этих чудесных параллелей с тематикой Рождества. Еще раз подумала над услышанной вчера мыслью: Бог вывел из Ада тех, кто захотел с Ним выйти. Представляете: Ему ведь не жалко! Люди сами упираются. Как я со своими половыми тряпками.

Вспомнила еще, как в детстве батюшка часто гладил меня по голове и говорил: «Знаешь, как Боженька тебя любит?!» Знаю, но память-то девичья. Очень любит. А вот я Его не всегда...

Перечитала гору пасхальных поздравлений. Не от Винни-Пуха, но зато от всех-всех-всех.

«Главное, дожить до Пасхи!» – часто можно услышать от нас, православных. Мы все отлично умеем ждать Пасху. Это прекрасно. Ведь, слава Богу, она всегда наступает. Но мне кажется, мы не совсем понимаем, как жить с этой Пасхой дальше. Ведь она же не финал. Это только начало.

Христос – воскресе! А мы – повторим? 

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Может ли православный отмечать Ивана Купала?
нет, православные в этот день празднуют Рождество Иоанна Предтечи
79%
да, повеселиться, прыгнуть через костер – что тут плохого?
1%
поклонение бесам и христианство несовместимы
20%
Всего проголосовало: 682

Архив

Система Orphus