Слово, которое убивает, или Как пропаганда бросает людей в топку войны

07 Декабря 2022 12:45
0
 Фото: СПЖ Фото: СПЖ

Прямо сейчас а Гааге за военные преступления судят человека, который никогда не брал в руки оружия и вообще не имел отношения к военным. Почему?

В Гааге по обвинению в геноциде не так давно начался суд над 86-летним Фелисьеном Кабугой, руководителем «Радио тысячи холмов». Какую роль сыграл этот человек в убийстве почти миллиона жителей Руанды и какое отношение к этому имеет его радиостанция?

11 октября 2022 года в Гааге начался суд над 86-летним бизнесменом Фелисьеном Кабугой, человеком, который финансировал «Радио тысячи холмов» и был одним из его основателей. Кабуга лично никого не убил. Однако его судят за геноцид, соучастие в геноциде, прямом и публичном подстрекательстве к совершению геноцида, попытке совершить геноцид, а также в заговоре с целью совершения геноцида, преследовании и истреблении населения. Каким же образом Кабуга и обычная руандийская радиостанция причастны к массовым убийствам?

Резня

6 апреля 1994 года, Руанда. В этот день люди из племени хуту, вооружившись ножами, мачете и заостренными палками, вышли из своих домов и пошли убивать соседей из племени тутси. Резня, которую устроили хуту, отличалась невиданной жестокостью и садизмом – представителям тутси отрезали руки, ноги, головы, их давили бульдозерами, жгли заживо, их женщин насиловали всей деревней, а потом прокалывали острыми палками или вливали в них серную кислоту. Хуту не щадили никого – ни стариков, ни детей, ни больных, ни беременных. Никого. Жестокость была невиданной, необъяснимой, демонической.

За три с небольшим месяца, с 6 апреля по 18 июля 1994 года, было убито более миллиона человек. Только за первые шесть недель погибло 800 000 представителей племени тутси. То есть по 120 000 человек в неделю, по 15 000 в день…

Большая часть убийств совершалась по приказу властей. Исследователи отмечают, что эти приказы исполнялись не только принудительно, но и в силу традиционной покорности властям и из-за воздействия пропаганды.

К стыду христиан, определенную роль в массовых убийствах сыграли католические священники.

Например, 12 апреля более 1 500 тутси укрылись в католической церкви в городе Ньянга. Местные члены интерахамве («те, кто нападает вместе» – вооруженное 30-тысячное ополчение экстремистов хуту) разрушили здание бульдозерами, тех, кто пытался уйти, добили мачете и выстрелами из винтовок. Разрешение на снос храма и на фактическое убийство сотен людей дал настоятель прихода, католический священник Атаназ Серомба, который в 2008 году по приговору международного трибунала получил пожизненное заключение за участие и призывы к геноциду…

Самое страшное, что хуту и тутси прожили много лет бок о бок, часто на одной улице, в соседних домах. Они знали друг друга, говорили на одном языке (киньяруанда). По мнению ученых, они составляют одну этническую группу, отличаясь, скорее, по кастовым признакам, чем по национальным: тутси занимались скотоводством, хуту – земледелием (как тут не вспомнить, что Каин тоже был земледельцем, а Авель – скотоводом…).

Так что же стало причиной этой резни? Что привело к тому, что люди перестали быть людьми и превратились в одержимых темными демонами убийц?

Геноцид. Начало

Тутси, хоть и составляли всего около 15 % населения Руанды, занимали привилегированное положение, эксплуатируя хуту. Такая ситуация целиком и полностью устраивала бельгийские власти (до 1961 года Руанда была колонией Бельгии), которые опирались в своей деятельности на местных католических священников.

РКЦ имела большое значение в жизни общества, а ее духовенство сделало ставку именно на выходцев из племени тутси и приложило немало усилий к тому, чтобы упрочить их привилегированное положение.

Многие руандийцы, особенно из богатых слоев населения, желая изменить свою судьбу, принимали католичество и становились хуту. Однако, начиная с 1935 года, бельгийцы, чтобы прекратить «межклассовое движение», ввели паспорта, в которых прописали национальность.

После войны 1945 года некоторые католические священники поставили во главу угла своей проповеди борьбу за освобождение хуту из-под власти тутси. Многие хуту стали священниками и пасторами и стали частью новой элиты, представители которой со временем начали утверждать о существовании не просто двух народов, двух национальностей, а двух рас – хуту и тутси. Со временем тутси начали формировать вооруженные отряды для борьбы с хуту, а хуту пришли к идее полного уничтожения тутси.

К началу 90-х воинственная идеология была сформирована, котел взаимной ненависти закипел, осталось только открыть клапан и выпустить эту ненависть на свободу. Таким клапаном стало СМИ, а если точнее – радио.

«Радио тысячи холмов»

Радикалы-хуту были уверены, что государственная радиостанция Руанды недостаточно либеральна и решили основать «Свободное радио и телевидение тысячи холмов», или RTLM (Radio Télévision Libre des Mille Collines). Радикалы пришли к выводу, что необходимо побудить хуту к убийствам, эксплуатируя массовое недовольство убийством Ндадайе и традиционную покорность руандийцев властям и используя «Свободные холмы» как пропагандистский рупор

8 июля 1993 года это радио выпустило свою первую программу, которая как две капли воды была похожа на все последующие: при помощи грязного юмора, расистских и ненавистнических высказываний ведущие этого радио в завуалированной форме призывали к физическому уничтожению тутси.

Вот только некоторые высказывания радиоведущих, которые позже были квалифицированы как человеконенавистнические.

Анани Нкурунзиза (политический обозреватель радиостанции): «Я верю, что скоро взойдет заря! Для тех из вас, кто молод и не знает этого слова, заря – это первый свет солнца в начале нового дня. Займется тот день, когда не останется больше тараканов на земле Руанды. Слово "иньензи" (тараканы, презрительное название тутси, – Ред.) будет забыто навсегда».

Хабимана Кантано (главная звезда RTLM, по некоторым сведениям, учился журналистике в Ленинграде): «Любой ценой все инкотаньи («тараканы» – тутси, – Ред.) должны быть истреблены по всем уголкам страны. Даже те из них, кто успеет добежать до аэропорта или убежища, должны расстаться с жизнью на месте… Должны ли мы искать в лагерях беженцев родителей, которые отправили своих детей в ПФР («Патриотический фронт Руанды» – политическое формирование тутси, – Ред.), и убивать их? Я думаю, что да. Нам следовало бы еще приходить в лагеря беженцев в соседних странах и поступать так же».

Тот же Кантано: «Молодежь в провинции говорит: "Мы не будем ждать, пока враг доберется до нашего дома. Мы придем на помощь нашим соседям, чтобы вместе бороться с врагом и выкинуть его в Уганду". Ты представляешь, как я был рад это слышать! Я сказал им: "Ребята, продолжайте в том же духе". Мы просим правительство Руанды найти нам оружие. Если это возможно, надо одолжить или взять в аренду оружие, чтобы убить всех инкотаньи, которые есть в стране... Если сто тысяч молодых людей встанут под ружье, мы убьем и уничтожим их всех… Если понадобится, мы потратим год на борьбу с инкотаньи, истребим их всех, чтобы они наконец поняли, что никому не нужны, что у них нет власти, что они побеждены» (сравните со словами Рамзана Кадырова, который считает, что верующий человек найдет автомат, чтобы пойти воевать с Украиной).

Можно привести и другие высказывания ведущих руандийского радио, но и без них очевидно, что вся политика «Тысячи холмов» была построена на ненависти и призывам к убийству тутси. Некоторые ученые полагают, что на совести (или бессовестности) этого радио лежит около 10 % всех убийств в Руанде. Другие уверены, что не будь «Тысячи холмов», то и резня в стране никогда бы не началась.

Роль пропаганды и резня в Руанде

Роль влияния радио «Тысячи холмов» на геноцид в Руанде исследовал доцент-экономист из Гарварда Дэвид Янагизава-Дротт. Он выяснил, что в распоряжении радио было два передатчика: первый находился в городе Кигали, а второй стоял на горном пике Муэ. Руанда сплошь покрыта горами, а значит, основываясь на физических законах распространения радиоволн, понятно, что уровень радиосигнала не будет одинаков во всех селениях, а в некоторых его не будет вообще. Янагизава-Дротт рассчитал уровень сигнала в каждой точке страны, а потом сравнил, сколько именно человек в каждом селении было осуждено за геноцид.

Выводы, к которым пришел ученый, ошеломили его. Оказалось, что там, где сигнал «Тысячи холмов» был четким, осужденных за геноцид было в разы больше, чем в местах, где сигнал был слабым либо его не было вообще.

Исследование гарвардского ученого является общепризнанным научным доказательством влияния пропаганды на возникновение резни между тутси и хуту.

Нужно отметить, что от своей роли не отказались и те ведущие радио «Тысячи холмов», которые дожили до международного трибунала. Например, одна из журналисток, Валери Бемерики, рассказала, что призывала хуту убивать тутси: «Я должна была называть в эфире места, где они скрывались. Организация геноцида была очень тщательной. На всех уровнях мы получали информацию о местах их нахождения. Мы объясняли по радио, что тутси прячутся, чтобы потом напасть на хуту. Мы совершили глупость. Мы не были бдительными. Мы верили в то, что говорили наши власти. Мы им доверяли. Мы признаём, что мы согрешили, поэтому сегодня мы становимся на колени и просим прощения».

Дэвид Янагизава-Дротт считает, что из-за RTLM в Руанде погибли 51 000 человек, и приходит к выводу, что слишком часто именно государственные СМИ занимаются пропагандой, которая разжигает ненависть для межнациональных конфликтов.

Интересно, что резня в Руанде прекратилась практически сразу после того, как повстанцы захватили и уничтожили радиостанцию «Тысячи холмов»…

Сегодня мы можем найти огромное количество подтверждений тому, что любая война очень сильно зависит от пропаганды. Слова, как оказалось, действительно могут убивать и убивают. Правда, теперь это можно делать более эффективно, чем в 90-х годах в Руанде, так как в данный момент к радио добавились телевидение и интернет. И кажется, что люди, призывающие топить детей, убивать «сатанистов», резать свиней или хохлов, просто не понимают, что они говорят. Но это не так. Понимают, потому и говорят.

Однако еще печальнее, что в разжигании злобы друг против друга очень часто участвуют священники и вообще люди верующие. Мы уже множество раз встречали слова и высказывания священников (с обеих сторон фронта), которые священники говорить не должны. Видели радость у верующих людей по поводу смертей врагов, бомбежек городов или разрушений инфраструктуры. С обеих сторон, опять же. И все время хочется спросить – а вы точно христиане, точно последователи Того Человека, Который заповедал молиться о врагах?

Конечно, страну надо защищать. Но при этом надо оставаться христианином. Всегда и при любых условиях.

Церковь прославила многих воинов, но прославила их не за то, что они убивали врагов, а за то, что они смогли даже на войне быть людьми, быть учениками Христа. У них не было ненависти, и они не пытались зажечь ее в своих сердцах. На войне ненависти хватает и так, а вот любви, чаще всего, нет.

Христианин – это человек, который любит. Любит Бога, ближнего, свою Родину, семью, друзей и даже врагов. Заповедь о любви всегда была сложной для понимания, а во время войны она становится не только сложной, но для многих и невыполнимой.

Означает ли это, что нам, современным христианам, надо отказаться от нее, пусть даже на время? Нет. Наоборот, именно сейчас эта заповедь нужна как никогда.

Христос говорит, что «из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления» (Мф. 15, 19), а значит, и война может прекратиться только тогда, когда наше сердце станет свободным от злобы и ненависти, когда вместо смерти для врага мы будем просить у Бога его покаяния.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку, чтобы сообщить об этом редакции.
Если Вы обнаружили ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter или эту кнопку Если Вы обнаружили ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите эту кнопку Выделенный текст слишком длинный!
Читайте также