Как научиться не переживать о будущем

«На Тивериадском озере». (Василий Поленов, 1888 год). Фото: wikiwand.com

Времена не выбирают и сегодня все чаще можно услышать слова о страхе людей за свое будущее и будущее своих детей. Об этих переживаниях мы и поговорим сегодня.

8 ноября в православном календаре значится день памяти великого и страшного землетрясения бывшего в Византии в 740 году. В самом Константинополе рухнуло несколько башен Федосеевской стены, кроме этого также сильно пострадали и некоторые другие города. В связи с этим хотелось поговорить о Евангельском отрывке, посвященном данному событию и нашедшему свое отражение в соответствующем богослужебном последовании.

Евангелист Матфей повествует нам об усмирении Христом бури на Тивериадском озере, которой так сильно испугались Его ученики. В ответ на страхи апостолов Спаситель отвечает: «Что вы так боязливы, маловерные?» (Мф. 8,26). Давайте сосредоточим наше внимание на этих словах.

Учитывая массу политических и социальных катаклизмов, происходящих сегодня в Украине и мире, довольно часто приходится слышать от христиан жалобы на собственную неуверенность в завтрашнем дне и страхи, если не за себя, то за своих детей и внуков. По большому счету, ответ на подобные переживания уже содержится в приведенных словах Христа. А если вообще постараться трезво посмотреть на собственную жизнь, то становится понятно, что наше положение значительно безопаснее, чем у апостолов, находящихся в маленькой лодочке и абсолютно бессильных против разыгравшейся стихии.

«Что вы так боязливы, маловерные?»

Не знаю, может это и не совсем к христианской жизни применимое слово, но нам стоит всегда быть немного авантюристами. Я не говорю о бездумном и бесшабашном риске ради собственного удовольствия, гордыни или тщеславия, но о том, что не стоит бояться действовать и, не оглядываясь, продолжать движение. Еще апостол Павел писал о себе: «Забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе» (Фил. 3,13-14). Это ли не прекрасная мотивационная установка!

Можно также вспомнить еще и слова 90 псалма, который мы так хорошо знаем, но прочитываем, не задумываясь о его содержании: «Не убоишься ужасов в ночи, стрелы, летящей днем, язвы, ходящей во мраке, заразы, опустошающей в полдень» (Пс. 90,5-6), – и далее: «Ибо Ангелам Своим заповедает о тебе – охранять тебя на всех путях твоих: на руках понесут тебя, да не преткнешься о камень ногою твоею» (Пс. 90,11-12). Но здесь есть очень важное условие – все эти «защитительные» слова относятся лишь к тому, кто живет «под кровом Всевышнего под сенью Всемогущего покоится» (Пс. 90,1).

Мне кажется, что если искренне проникнуться приведенными словами Священного Писания, то должен остаться лишь страх собственного предательства в отношении Того, Кто так много уже сделал для меня и, несмотря на отвратительную и мерзкую грязь моей души, все продолжает обо мне заботиться.

«Забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе»

Еще святитель Иоанн Златоуст писал, что истинное блаженство заключено именно в страхе Божием. «Если Бог за нас, кто против нас?» (Рим. 8,31), – восклицает апостол Павел, ведь «ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8,38-39). Заметили интересную особенность приведенных слов? Среди факторов, не способных нас отлучить от Божией любви, апостол не называет себя. Получается, что для нас первейшим врагом являемся мы сами. Ни политики, ни бурлящие события земной истории, ни другие люди и даже не бесы, а мы сами.

Я, может, очевидные вещи говорю, но мой небольшой священнический опыт говорит, что как раз об очевидном мы чаще всего и забываем. Вспомните последние слова из вечернего правила: «В ру́це Твои́, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же мой, предаю́ дух мой: Ты же мя благослови́, Ты мя поми́луй и живо́т ве́чный да́руй ми. Ами́нь». Не с такой ли установкой нам следует двигаться по земному пути. Иногда стоит просто «психануть», разозлиться на себя и сказать Богу: «Да, Господи, я слаб и немощен, вся моя жизнь проходит в нечистотах и мне иногда даже стыдно поднять глаза и посмотреть на Твой образ, но и идти больше не к кому. Потому не только свой дух, но и всю жизнь свою, и жизнь своих близких предаю во всемогущие и любящие руки Твои».

Получается, что для нас первейшим врагом являемся мы сами. Ни политики, ни бурлящие события земной истории, ни другие люди и даже не бесы, а мы сами.

По большому счету, несмотря на интенсивность окружающих нас событий, наша жизнь намного безопасней, чем жизнь человека, жившего еще двести-триста лет назад. Можно сказать, что окружающие риски, хоть немного думающих людей, приводят к осознанию собственной ограниченности и бессилия, а потому служат хорошую службу для укрепления веры. Вот и датский философ Сёрен Кьеркегор, еще в XIX веке, критикуя окружавшее его общество, писал: «Никакого риска – вот вся жизненная мудрость. Однако на деле совсем не рисковать – значит иметь ужасную возможность потерять то, что не потеряешь, рискуя, разве что с трудом, – а если и потеряешь, то ведь, во всяком случае, не так, не столь легко, как нечто неважное, – что же это такое, что можно потерять? Себя самого. Ибо если я рискую и ошибаюсь – ну что ж! – жизнь наказывает меня, чтобы меня спасти. Но если я не рискую — кто мне тогда поможет? Между тем как, не рискуя ни в чем, я выигрываю и трусливо получаю сверх всего все блага мира, – но теряю свое Я».

Развивая эту мысль можно сказать, что Господь, не нарушая человеческой воли, попросту не может помочь тому, кто инертен. Я могу сколько угодно крутить руль и жать педаль газа в автомобиле, но я никогда и никуда не доеду, если двигатель будет заглушен. Точно также, если «двигатель» моей души «мертв», то и Бог не сможет меня направить, не сможет меня привести к главной цели жизни всякого христианина, не сможет даже просто позаботиться обо мне. Да бывает так, что мы не знаем, как действовать в той или иной ситуации, но может такие моменты и есть как раз время экзамена для веры?

Еще преодобный Паисий Святогорец говорил, что самая большая проблема современного человека – это суетные мысли. А потому, продолжал он, следует из возможных вариантов действий, с верой и упованием на Бога, выбирать один и молиться, дабы в случае ошибки Господь, в силу этой самой веры, все исправил.

Господь, не нарушая человеческой воли, попросту не может помочь тому, кто инертен.

В этом мире нам, христианам, бояться нечего. Самая страшная буря, которую следует усмирить – это буря нашего маловерия. Ведь именно маловерие порождает сумятицу, переживания, суету и прочие ненормальности внутренней жизни. «Обремененная грехами совесть, страшась и трепеща пред будущим воздаянием и не желая находить утешение в перемене к лучшему, старается успокоить себя неверием», – пока еще предупреждающе говорит нам святитель Иоанн Златоуст.

Важно помнить, что в духовной жизни, привычные для нас законы бытия, действуют совершенно по-иному. Чем больше мы пасуем перед испытаниями, чем больше пытаемся себя обезопасить, перестраховаться или получить какие-либо гарантии, тем меньше сил для преодоления этих самых испытаний у нас будет, потому что, по слову преподобного Симеона Нового Богослова, «по мере веры получается и мера благодати, дающей силу».

Кажется мне, что по затронутому вопросу сказано достаточно. Во всяком случае, все, что было в моей голове, я уже изложил. А закончить хотелось бы замечательными словами святителя Григория Паламы: «Мы «веруем в Бога» и «веруем Богу»; эти понятия не являются тождественными. Потому что «веровать Богу» означает считать Его обетования по отношению к нам незыблемыми и истинными; «веровать» же «в Бога» заключает в себе православно мыслить о Нем. Долженствует же нам иметь и то, и другое; и в том, и в другом истинствовать: и то таким образом иметь, чтобы быть уверенными (в обетования Божии нам) более, чем если бы даже своими глазами видели, и долженствует нам быть верными Богу, в Которого наша вера, и будучи верными, таким образом быть оправданными».

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Почему патриарх Александрийский признал ПЦУ?
понял, что ПЦУ не раскольники, а каноническая Церковь
5%
не смог отказать патриарху Варфоломею
6%
сдался из страха перед Фанаром и внешними силами
89%
Всего проголосовало: 1084

Архив

Система Orphus