Чем чревато отсутствие молитвы или Базовые основы молитвенной практики

Фото: pravoslavie.ru

«Помилуй нас, Иисус, сын Давидов» – эти слова первого практика Иисусовой молитвы мы слышим в Евангельском чтении седьмой недели по Пятидесятнице.

Образование или покаяние

Краткой молитвой со вниманием в уме, с чувством в сердце, с верой в душе просил слепец Христа дать ему возможность прозреть. За это он был услышан и смог увидеть мир Божий. Это слепец наверняка не был ни богословом, ни вообще человеком хоть сколь-нибудь образованным. Но он имел веру и дерзновение.

Изучая жития самых близких к нам по времени жизни старцев, мы обратили внимание на то, что все они, как правило, не имели систематического богословского образования. Глинские преподобные старцы, митрополит Зиновий Мажуга, Серафим Романцов, Андронник Лукаш вовсе не учились в богословских школах. То же самое можно сказать о преподобном Иосифе Исихасте, румынском старце Клеопе Илие, валаамском Михаиле Питкевиче. И этот список можно продолжать очень долго. Но все они были людьми молитвы, ее практиками и учителями. Ученик преподобного Иосифа Исихаста, старец Ефрем Филофейский, не имеющий никаких богословских дипломов и ученых степеней, стал новым апостолом Америки, обратив тысячи людей в Православие.

В лице этих старцев Бог хочет нам показать то, чего Он от нас ждет прежде всего – это покаяния и молитвы.

Учение о молитве – простое в сложном

Многие, бросив лишь беглый взгляд на творения византийских отцов исихастов, сразу же скажут, что «нет, это слишком тонко, возвышенно, витиевато. Куда нам понять такие сложности». Помысел будет говорить «не копайся в том, чего все равно своим умом понять не сможешь». Но, возвращаясь к современным делателям молитвы, мы снова и снова сможем убедиться в том, что эти люди не были утонченными знатоками философских сентенций и высокопарных умозрительных заключений.

Единственное, что их отличало от нас и что являлось базой, на которой созидалась вся их молитвенная практика, – это было смирение. Без него все остальное уже не имеет никакого значения. Многие необразованные, простые, малограмотные подвижники доходили до самых вершин созерцательной молитвы, почти не знакомясь с базовыми основами светского образования.

Терминология и практика

Первое, что может вызвать трудности при изучении молитвенного опыта Святых Отцов, так это размытость и непонятность терминологических категорий, связанных со ступенями преуспеяния в молитвенном делании. Мы встречаем такие понятия, как молитва «словесная», «устная», «умная», «сердечная», «умно-сердечная», «самодвижная», «созерцательная», «художественные методы молитвы». Кажется, что все это без специального практика-толкователя понять невозможно. Может быть, это и так, но давайте попробуем хотя бы упрощенно понять то, что доступно на нашем уровне.

Попытаемся дать объяснение некоторых из этих терминов простым, понятным для всех языком.

Словесная рассеянная молитва

Давайте посмотрим на нашу молитву не с позиции нас самих, т.е. молящихся, а со стороны Того, кто эту молитву слушает.

К нам на улице подходит человек, который хочет обратиться с какой-то личной просьбой. Начав говорить, этот человек вместо того, чтобы смотреть вам в лицо, начинает крутить головой и «бегать» по сторонам глазами. Его речь не связная, фрагментарная, урывчатая. Продолжая с вами общаться, он может, вдруг забыв о вас, перескочить на разговор с другими людьми на темы, не имеющие никакого отношения к разговору с вами. Этот странный человек не стоит на месте. Он может при разговоре отходить в сторону, шататься или сосредоточенно рассматривать окружающее картины, заводя ни с того, ни с сего о них беседу. Потом, как будто вспомнив о вас и спохватившись, он пытается сосредоточено припомнить, на чем он остановился в своей беседе для того, чтобы закончить свою речь. Собеседник не раз будет пытаться так делать, но ему это будет редко удаваться. Создается впечатление, что перед вами не совсем психически здоровый человек. Он не может удержать логику направленной мысли, не может сконцентрироваться на своей речи, рассредоточен, постоянно увлекается потоком своих внутренних бессвязных образов.

Именно так нередко выглядит наша с вами молитва. Бог слышит не только сказанное вслух, Он также видит то, о чем мы думаем, где бродим умом. Он слышит те мысли, которые скачут в нашей голове в то время, как наш язык механически повторяет увиденные глазами слова из молитвослова.

Такая молитва может называться молитвой лишь условно. Поскольку сама личность человека в ней участвует эпизодически.

Умная, внимательная молитва

Эта молитва приобретается не вдруг и не сразу. Так же, как и ребенок не сразу обучается каллиграфическому письму чернилами. Он часто ставит кляксы, но со временем их будет все меньше и меньше. Так и мы, становясь на молитву, будем еще не раз вести себя так, как ведет себя вышеописанный «душевно больной», разговаривающий одновременно и с Богом, и со всем, что придет в его несчастную голову. Наша молитва вначале будет похожа на плохо настроенный приемник, постоянно издающий шум, треск, помехи и бессмысленное жужжание. Но подвиг внимательной молитвы в том и заключается, чтобы приучить себя «работать на устойчивой волне».

Мы должны всегда понимать, ЧТО мы говорим, КОМУ, и ЗАЧЕМ. Сразу это не получится, но когда это все же удастся, то мы достигнем умной словесной молитвы.

Сердечная молитва

Святые отцы еще называют ее умно-сердечной. В чем ее отличие от умной словесной? Представьте себе, что к вам подходит человек и обращается с определенной, грамотно построенной, речью. Его речь состоит из слов, которые имеют как лексическое значение, так и эмоциональное содержание. Но у вас создается впечатление, что разговаривает с вами не человек, а робот. Все он говорит хорошо и правильно, но нет в этих словах жизни, эмоции, переживания сказанного.

Как будет выглядеть юноша, который таким образом будет признаваться девушке в глубоких к ней чувствах? Даже самая замечательная речь, сказанная четко и собранно, но холодно, безразлично, безэмоционально, не будет восприниматься серьезно.

Умно-сердечная молитва предполагает обязательным своим условием не только внимательность ума, но и эмоциональное участие сердца. При том, что в этой молитве сердце играет доминирующую роль. Слова, их значение, служат лишь опорой для нас самих, чтобы помочь нам выразить чувства сердца.

Могут быть такие молитвенные состояния, при которых слова будут вовсе не нужны. Покаянное предстояние перед Богом, с сердцем сокрушенным и смиренным, может быть и без слов. Тоже самое можно сказать и о чувстве благодарности. Сердце, наполняясь верой, Боговедением, чистотой, опытом Богосозерцания, постепенно освобождается от необходимости облекать молитву в оболочки словарной лексики.

Созерцательная молитва

Таким образом душа восходит к тем вершинам горнего мира, где она перестает молиться в привычном для нас значении этого слова. Созерцательная молитва не имеет чинопоследования и не привязана ни к каким внешним формам и образам. Она совершается в духе и не может быть выражена эмпирически.

В человеческом языке нет слов, способных передать нам опыт созерцательной молитвы. Поэтому у Святых Отцов она обозначается через самые разные понятия: «созерцание», «видение», «восхищение» и т.п.

Самодвижная Иисусова молитва

Отдельно нужно сказать о таком терминологически устойчивом выражении, как «самодвижная молитва».

В данном случае речь идет, как правило, о краткой Иисусовой молитве, состоящей из пяти-восьми слов. Самодвижная молитва не является устойчивым приобретенным навыком психики. Она есть дар Божий, который дается подвижникам, постоянно упражняющимся в искусстве молитвенного делания.

Чтобы этот дар получить, нужно прийти к тому образу жизни, который Святыми Отцами обозначается как «хождение перед Богом». Ошибочно думать, что непрестанная молитва может появиться только от привычки устами и умом произносить Иисусову молитву.

Само это молитвенное делание можно сравнить с высиживанием яйца птицами. Для того, чтобы из него вылупился птенец, который, возможно, станет в будущем орлом, нужно сначала это яйцо снести и высидеть. Но еще до этого необходимо свить гнездо, где все это будет происходить. Притом сделать это нужно на вершине горы, а не на колхозном поле. Собственно, на это самое гнездо и нужно обратить первоочередное внимание.

Никогда не зародится самодвижная молитва у человека, который живет в рассеянности мыслей, который занят многопопечительностью и погружен в суету многозаботливости. У человека со штормящим от страстей сердцем «не пойдет» молитва. Даже малые страстные колебания  сразу же разрушат тишину, которая является необходимым условием для практики исихазма. Обычными условиями для возрастания в этом молитвенном опыте является уединенная, тихая, удаленная от лишней суеты духовная жизнь, что более характерно для монахов-отшельников и скитян.

Но, тем не менее, в истории Церкви есть немало примеров, говорящих о том, что действие непрестанной молитвы достигается не только людьми, живущими в уединении. Отец Григория Паламы, Константин, служил при дворце императора и, даже занимая важную правительственную должность, оставался глубоким практиком непрестанной Иисусовой молитвы. Старица Макрина Вассопулу (1921-1995), также живя в миру, достигла тех же высот умного делания, что и ее духовник, старец Иосиф Исихаст, в уединенной афонской келье. И таких примеров можно привести еще немало.

«Непрестанно молитесь»

Отдельно несколько слов нужно сказать о пагубной привычке вести молитвенную жизнь эпизодически, рывками, как бы периодически «включаясь» в нее, как в определенный режим работы, а потом снова «выключаясь» и «живя, как все».

Важнейшим условием духовного роста является заповедь апостола «непрестанно молитесь» (1 Фес. 5: 16–18). Это сложно, но важно!

Если утреннее и вечернее правило можно сравнить с горящим костром, то между ними нужно оставить в сердце хотя бы еле тлеющую лампадку. Людям физического труда, которые работают не головой, а руками, это не составит особенного труда. Достаточно постоянно удерживать внутри себя краткие молитвенные прошения, к которым относится и молитва Иисусова. Тем же, чей труд требует интеллектуальной сосредоточенности и внимания, Святые Отцы советуют делать небольшой перерыв в работе, хотя бы раз в час – полтора, для того, чтобы почитать небольшое молитвенное правило на 7-10 минут (именно столько занимает круг по четкам, состоящий из ста Иисусовых молитв).

Положительная динамика молитвенного преуспеяния напрямую связана с постоянным пребыванием ума и сердца в Боге.

Заключение

Человек, в замысле Божьем о нем, соответствует самому себе только тогда, когда он пребывает в молитвенной связи с Богом. Достоинство человека в том и заключается, что в нем, как в некоем фокусе, соединен мир материальный и мир духовный.

Человек поставлен Богом на периферии двух миров – мира «мертвой» материи, растений и животных, с одной стороны, и мира бесплотных ангельских сил, с другой. Молитва за мир и Богослужение является главным предназначением человека. Не выполняя ее, он как бы «проваливается» в глубину животного мира, живя в глубоком несоответствии с творческим замыслом Бога о нем. При этом «провале» человек не просто становится одним из населяющих планету высокоразвитым животным, он постепенно начинает приобретать демоноподобные свойства, о чем нам свидетельствует вся история человечества.

Следовательно, молитва – это не есть привилегия для избранных, это обязанность каждого человека, который хочет быть таким, каким его создал Бог.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
Филарет подал в суд на Зорю

Опрос

Как вы оцениваете 5 лет предстоятельства Блаженнейшего Онуфрия?
его избрание – милость Божия, только он мог вести Церковь в такое тяжелое время
92%
удовлетворительно, он сохранил УПЦ
5%
негативно, он мог объединить всех в единую Церковь с УПЦ КП и УАПЦ
3%
Всего проголосовало: 760

Архив

Система Orphus