Битва уставов: насколько Украинская Православная Церковь зависит от РПЦ

Архиерейский Собор прошел, изменения в Устав РПЦ приняты, пресс-конференции официальных лиц УПЦ проведены, комментарии и аналитические статьи написаны. А вопрос о том, какова же действительная зависимость УПЦ от Москвы, остается.

После Архиерейского Собора недруги Церкви поспешили вылить на нее очередную порцию обвинений в том, что РПЦ сузила самостоятельные полномочия УПЦ. Это неправда, хотя и есть одно «но». Дело в том, что в одном пункте тексты Уставов УПЦ и РПЦ действительно противоречат друг другу. В чем суть этого противоречия и что из этого следует?

В предыдущей версии Устава РПЦ Украинская Православная Церковь была упомянута в Главе XI «Самоуправляемые Церкви». Однако в списке самоуправляемых Церквей она не значилась. Вместо этого определялось: «Украинская Православная Церковь является самоуправляемой с правами широкой автономии. В своей жизни и деятельности она руководствуется Томосом Патриарха Московского и всея Руси 1990 года и Уставом Украинской Православной Церкви, который утверждается ее Предстоятелем и одобряется Патриархом Московским и всея Руси».

То есть был обозначен довольно необычный статус «самоуправляемая с правами широкой автономии», но в чем этот статус выражается, сказано не было. Смысловое наполнение статуса «самоуправляемая Церковь» есть (Глава XI), статус «автономная Церковь» тоже есть (Глава X). А вот в чем именно выражается статус УПЦ? Этот вопрос порождал кривотолки и давал почву, чтобы жестко критиковать УПЦ, обвиняя ее в том, что она является структурой «государства-агрессора» в Украине.

Священноначалие УПЦ, отвечая на эти обвинения, говорило о самостоятельности УПЦ абсолютно во всех вопросах, кроме вероучения, нравоучения и канонического строя Церкви. При этом ссылалось на такие документы, как «Определение Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 1990 года "Об Украинской Православной Церкви"», Грамоту Патриарха Московского и всея Руси 1990 года и Устав УПЦ.

На что недруги Церкви сразу же переводили стрелки на Устав РПЦ и говорили, что он не определяет УПЦ как независимую структуру. Чтобы забрать у недругов и этот аргумент, а также чтобы на уровне основного юридического документа РПЦ подтвердить самостоятельность и независимость УПЦ, Митрополит Онуфрий и выступил с инициативой наполнить статус УПЦ как «самоуправляемой с правами широкой автономии» конкретными положениями. Т.е. зафиксировать, в чем же этот статус выражается.

Следует отметить, что инициатива этого исходила именно от Предстоятеля УПЦ, и уже поэтому не могла предполагать сужения или уменьшения прав УПЦ.

Архиерейский Собор поддержал эту инициативу, и в Устав РПЦ была внесена отдельная Глава X: «Украинская Православная Церковь». В первом пункте определяется статус УПЦ: «самоуправляемая с правами широкой автономии». Во втором пункте признается ее «независимость и самостоятельность в ее управлении». В третьем перечисляются документы, которыми она руководствуется в своей деятельности. Это:                 

  • Определение Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 1990 года «Об Украинской Православной Церкви»;

  • Грамота Патриарха Московского и всея Руси 1990 года;

  • Устав Украинской Православной Церкви

На основании этих документов можно разграничить, какие вопросы относятся к компетенции УПЦ, а какие – ко всей РПЦ.

Абсолютно самостоятельно УПЦ решает следующие вопросы:

1. Кадровые. Избрание всего духовенства, начиная от иподиаконов и заканчивая Предстоятелем УПЦ. Никаких юридических инструментов, с помощью которых Москва могла бы повлиять на решение в УПЦ кадровых вопросов, не существует в принципе. О благословении Предстоятеля УПЦ Московским Патриархом будет сказано ниже.

2. Финансовые. Все вопросы финансирования приходов, монастырей, епархий и самой митрополии УПЦ решаются в Украине. Басни о том, что после каждого воскресного дня в Россию вывозят чемоданы денег, собранных с простодушных украинских прихожан, не подтверждаются ни единым фактом, хотя и звучат не одно десятилетие.

3. Хозяйственные. Все свечные заводы, пошивочные мастерские, монастырские сельскохозяйственные предприятия и т.д. управляются на уровне монастырей, епархий или же Административно-хозяйственным управлением УПЦ, подотчетным Синоду УПЦ.

4. Имущественные. Права собственности, а также иные имущественные права на все храмовые здания и другое движимое и недвижимое церковное имущество принадлежат исключительно УПЦ. Об этом прямо говорится в письме Патриарха Алексия министру юстиции Украины В. Онопенко.

онопенко.jpg

5. Административные. Образование и упразднение епархий, определение их границ, создание в случае необходимости митрополичьих округов, создание и упразднение синодальных отделов, определение их полномочий и т.д. Все это входит в компетенцию руководящих органов УПЦ.

6. Внешние связи. В УПЦ существует Отдел внешних церковных связей, который занимается коммуникацией как с Поместными Православными Церквями, так и с другими государствами и международными организациями. Нынешнее давление на УПЦ как со стороны государства, так и со стороны радикальных националистов активизировало это направление. Было образовано Представительство Украинской Православной Церкви при европейских международных организациях, а ее глава Виктор (Коцаба) возведен в сан епископа. Конечно, в известных моментах внешние связи УПЦ предполагают некоторое согласование с Московской Патриархией. Например, не может без такого согласования произойти встреча Предстоятеля УПЦ с римским папой. Но никаких юридических инструментов для влияния Московской Патриархии на внешнюю деятельность УПЦ не существует. Соответствующий отдел подотчетен только руководящим органам УПЦ.

7. Судебные. «В Украинской Православной Церкви действует собственная высшая церковно-судебная инстанция. При этом суд Архиерейского Собора является церковным судом высшей инстанции для Украинской Православной Церкви» (П.12. Гл. X Устава РПЦ). Не спешите с выводами о том, что все же в судебных вопросах УПЦ не самостоятельна. Как следует понимать положение об этой «высшей судебной инстанции», будет сказано ниже.

Если же все эти вопросы – кадровые, финансовые, хозяйственные, имущественные, судебные и внешних связей – относятся к самостоятельной компетенции УПЦ, то впору задать вопрос: а в чем же УПЦ подчиняется РПЦ?

А подчиняется вот в чем:

1. Вероучение. УПЦ не может самостоятельно излагать или объяснять православные вероучительные истины. Прецеденты, когда отдельный архиерей или даже священник пишет свой «православный катехизис», встречаются, но эти труды так и остаются «катехизисом» конкретного батюшки или владыки. Сейчас в РПЦ идет разработка проекта Катехизиса Русской Православной Церкви. Принятие такого вероучительного документа на уровне отдельной Поместной Церкви возможно, и такие исторические прецеденты уже были. Но его принятие на уровне «самоуправляемой Церкви с правами широкой автономии» абсолютно нецелесообразно. В случае принятия Катехизиса РПЦ он будет иметь обязательное значение и для УПЦ.

2. Нравоучение. Что является грехом, а что нет. Что в жизни православного христианина можно допустить в рамках церковной икономии, а что является абсолютно неприемлемым. Эти и другие вопросы решаются всей РПЦ и обязательны для верных чад УПЦ. Примером может служить документ «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», принятый Архиерейским Собором в 2000 году. Отношения к политике, государству (не конкретному, а вообще), к труду, к собственности и т.п. Вопросы личной, семейной и общественной нравственности, проблемы биоэтики и прочая. Все это не может быть сформулировано на уровне УПЦ. И вообще, можно выразить сожаление, что подобный документ не принят на уровне Вселенского Православия. Может, это произойдет в будущем. Пока же ни одна Поместная Церковь, кроме РПЦ, не смогла создать такой документ, требующий огромных научных и богословских усилий большого числа людей. Известно, что в церковной практике других Поместных Церквей происходит добровольная рецепция (заимствование) как всего этого документа, так и отдельных его положений.

3. Канонические вопросы. Эта категория полномочий продолжает предыдущую. Примером может служить документ «О канонических аспектах церковного брака». Вряд ли имеет смысл решать такие вопросы на уровне УПЦ. У нас что, может быть свой «независимый» взгляд на то, сколько раз можно венчаться или по каким причинам разводиться? Разве что в Раздел V, «Признание церковного брака утратившим каноническую силу», можно ввести дополнительные причины для развода. После пункта «а) отпадение одного из супругов от Православия» записать «б) отрицание «Революции достоинства». Шутка!

То есть подчинение УПЦ Московской Патриархии происходит по вопросам, совсем не связанным с так называемым внешним бытием Церкви. Есть и еще кое-что, и именно на это обращают внимание недруги Церкви:

  • Патриарх Московский благословляет новоизбранного Предстоятеля УПЦ;

  • он же одобряет Устав УПЦ;

  • имя Патриарха Московского поминается во всех храмах УПЦ.

Не надо спешить заявлять, что этим УПЦ проявляет свою зависимость от Москвы. Дело в том, что на языке, так сказать, светской юриспруденции все это относится к представительским полномочиям, которыми обладает, например, монарх в конституционных республиках. Скажем, королева Великобритании является главой таких государств, как Канада, Австралия, Новая Зеландия. Всего 16 государств. Но никто не говорит, что эти страны не являются суверенными и независимыми.

Зададимся вопросом: а что будет, если Патриарх не благословит новоизбранного Предстоятеля УПЦ или не одобрит ее Устав, что будет, если какой-то батюшка в глухом селе не помянет Патриарха за богослужением? Ни Устав УПЦ, ни Устав РПЦ, ни другие документы не дают никакого ответа на этот вопрос. Это означает, что ситуация в таком случае выйдет из юридической плоскости и перейдет в другую: политическую, дисциплинарную, нравственную, духовную и т.д. Это все сродни вопросам, например: что будет, если Предстоятели Поместных Церквей не признают избрание Патриарха РПЦ? Юридического ответа нет.

Уяснить представительский характер полномочий, например, того, что Патриарх благословляет новоизбранного Предстоятеля УПЦ, можно, сравнив это с порядком избрания Предстоятеля Самоуправляемой Церкви.

На первом этапе Патриарх и Синод РПЦ утверждают кандидатов в Предстоятели Самоуправляемой Церкви. Затем Собор епископов этой Церкви избирает из них Предстоятеля. Далее Патриарх утверждает новоизбранного, и только после этого новый Предстоятель вступает в свою должность. Вот это пример действительно управленческих, а не представительских полномочий.

Таким образом, выводить из вышеуказанных полномочий Патриарха в отношении УПЦ утверждение о том, что УПЦ несамостоятельна, абсолютно неверно.

Несколько в ином смысле следует рассматривать положения Устава РПЦ о том, что высшей судебной инстанцией для УПЦ является Архиерейский Собор РПЦ, а также то, что решения Поместного и Архиерейского Соборов РПЦ обязательны для Украинской Церкви.

Поместный и Архиерейский Собор РПЦ может принимать в отношении УПЦ решения только по тем вопросам, которые не отнесены уставными документами к исключительной компетенции УПЦ. Как мы уже разобрали, таковых не много, и они относятся к сугубо религиозной сфере. Это догматика, нравственность и канонический строй.

Это положение Устава, а также то, что высшей судебной инстанцией является Архиерейский Собор РПЦ, можно сравнить с так называемыми «спящими» полномочиями той же английской королевы. То есть они рассчитаны на какие-то крайние случаи, могущие возникнуть в будущем. Какие-то совершенно необычные обстоятельства, при которых может понадобиться принимать какие-то экстренные меры. Например, в Украине восстанет какой-либо ересиарх, подобный Арию или Македонию, или второй «Михаил Денисенко» (не дай Бог, конечно). Это отнюдь не означает, что РПЦ будет пользоваться этими полномочиями в повседневной жизни. Та же английская королева может отправить в отставку британского премьер-министра, но последний раз такое было в 1834 году. И опять же, такие случаи, как правило, выходят за рамки юриспруденции и приобретают другое измерение: политическое, нравственное или духовное.

Таким образом, можно повторить сказанное очень многими официальными лицами и в УПЦ, и в РПЦ: изменения в Уставе РПЦ не создают никакой новой юридической реальности, они закрепляют и выражают текстуально тот порядок взаимоотношений и тот статус УПЦ, который существует и по которому УПЦ живет уже не одно десятилетие.

НО! К сожалению, в одном месте уставы УПЦ и РПЦ противоречат друг другу. И это факт. Речь идет о том, какой орган утверждает решение Синода УПЦ об образовании и упразднении епархий, а также определении их границ. В Уставе УПЦ это Собор епископов УПЦ.

епархии.jpg

А вот в Уставе РПЦ – Архиерейский Собор РПЦ.

ustav.jpg

О том, что здесь имеется в виду, именно Архиерейский Собор РПЦ говорит, что, во-первых, во всех пунктах Главы X: «Украинская Православная Церковь» термин «Архиерейский Собор» употребляется в значении «Архиерейский Собор РПЦ», а во-вторых, в Украинской Православной Церкви такой орган вообще отсутствует, есть Собор епископов. Это два разных термина, хотя по сути они означают одно и то же.

Практика применения этой нормы также говорит о том, что действительно Архиерейский Собор РПЦ всегда утверждал решения о создании украинских епархий. Чтобы в этом убедиться, достаточно просмотреть документы Архиерейских Соборов РПЦ за минувшие годы. Вот, например, от 2013 года:

ustav2.jpg

Таким образом, в существующий порядок взаимоотношений УПЦ и РПЦ действительно не было внесено ничего нового. И нет никаких оснований говорить о сужении или уменьшении прав УПЦ.

Что же касается самой коллизии Уставов УПЦ и РПЦ, то можно сказать следующее.

Во-первых, с чисто юридической точки зрения, в вопросе утверждения образования епархий предпочтение следует отдать Уставу УПЦ. На том основании, что в П.1 Гл. X сказано, что УПЦ в своей жизни и деятельности руководствуется Определением Архиерейского Собора РПЦ, Грамотой Патриарха Московского и всея Руси 1990 года и Уставом Украинской Православной Церкви. Но не сказано, что она руководствуется Уставом РПЦ.

Во-вторых, не было еще ни одного прецедента, когда бы Архиерейский Собор РПЦ не утвердил решение Синода УПЦ касательно епархий. И практически невозможно представить, в каком случае это могло бы произойти. Таким образом, это можно также отнести к представительским, а не управленческим полномочиям.

В-третьих, в Церкви, в отличие от государства, многие вопросы решаются не по юридическим формулировкам, а согласно вековым традициям. По которым епархии образовываются по благословению священноначалия Поместной Церкви.

Поэтому говорить, что в вопросе образования епархий УПЦ несамостоятельна и подчиняется РПЦ, неверно.

Завершить хотелось бы словами епископа Виктора (Коцабы), прозвучавшие в интервью каналу «Перший Козацкий». Касательно обвинений, что УПЦ управляется из Москвы, владыка сказал следующее:

«Я приглашаю своих оппонентов к себе в кабинет, и вы будете смотреть день, два, сколько вам нужно, как управляется Украинская Православная Церковь. И вы будете видеть, что никаких контактов, никакого согласования с Москвой даже близко нет. Церковь имеет своего Предстоятеля, свой Синод, она имеет свое управление, свою, жизнь, свое бытие. И так она с 1990 года несет свою спасительную миссию в Украине».

Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Опрос

Ответить

Юмор

В жизни человека существуют два самых важных дня: день, когда он родился, и когда понял, зачем.

Архив

Система Orphus