Православные братства: как миряне спасли Церковь

В это непростое время гонений на Православную Церковь в Украине особое значение для нас имеет опыт православных братств в борьбе с унией. А также их опыт стояния за свою веру, опыт выживания православных людей во враждебном окружении, в обществе, где сам факт принадлежности к Православной Церкви становится чуть ли не равным подвигу исповедничества.

И здесь мы должны честно признаться себе, что опыт этот остался недооцененным, если не сказать забытым. Если уж быть до конца откровенным, то сегодня служение мирян в нашей Церкви сводиться исключительно к посещению богослужений и посильным (чаще всего очень скромным) пожертвованиям на содержание храма, на нужды той или иной конкретной общины. Похоже на то, что мы уже и не знаем, а как еще миряне могут послужить Церкви?

А ведь было в истории нашей Церкви время, когда именно миряне внесли решающий вклад в спасение Православия в Украине. Время, когда большинство наших иерархов предало свою веру и приняло унию с католиками. Унию, о которой даже раскольник М.А.Денисенко писал следующее: «В наши дни, едва ли найдется образованный человек, знакомый с историей нашей страны, который не понимал бы действительной цели унии. Вместо церковного единства уния несла с собой разделение, вражду и ненависть. Она унижала церковное и национальное сознание униатов и была инструментом угнетения нашего народа. Уния была насилием над совестью православных христиан и служила не единству веры, а единству внешней организации» (1).

Сегодня мы оказались в похожей ситуации. В ситуации, когда униаты двигаются на Восток Украины и стараются всеми возможными способами (в том числе используя административный ресурс государства), как можно сильнее дискредитировать Православную Церковь в глазах большинства населения, а в долговременной перспективе и вовсе ее уничтожить (2).

Вот почему нам, в обязательном порядке, нужно обратить свой взор на опыт православных братств (особенно 16-17 веков). Мы должны не просто изучить этот опыт, но и постараться применить его в жизнь (естественно с учетом современных реалий).

Организационная структура православных братств

Православные братства изначально являли собой добровольные объединения мирян, обычно при приходских храмах (реже при монастырских), в задачу которых входило попечение о храме, миссионерская, образовательная, благотворительная деятельность, а также защита Православия от посягательств еретиков, иноверцев, а главным образом католиков.

Движение это не было хаотическим: при храмах на основе братств формировались союзы представителей определенных профессий и социальных групп – ремесленные цеха, братства представителей городской верхушки (шляхтичей) и т.д.

Со временем, ближе к середине 16-го века, ряд Приходов Перемышльской и Львовской епархий сочли для себя необходимым юридически закрепить традиционные для православных общин права и функции и по образцу католических союзов образовать приходские братства, получившие наименование «духовных». Так были созданы Львовские Благовещенское (1542) и Никольское (1544) братства, Дрогобычское Крестовоздвиженское (1556), Вишенское Троицкое (1563) и, возможно, Перемышльское Рождества Иоанна Крестителя (1571). Все они получили письменное подтверждение своих прав от епархиальных архиереев. Эти права заключались в способствовании «душевному избавлению и по смерти покою и на память вечноя предком и родителям их».

Братчики брали на себя обязательства помогать заболевшим и обедневшим членам братства и участвовать в похоронах: на деньги братчиков ежегодно служились 4 заупокойные службы и 1 молебен. Ежемесячно братчики собирались для решения текущих дел и чтения духовной литературы. Кроме того, отдельные общины, обычно в крупных городах, где проблема защиты православных храмов от посягательств католиков стояла очень остро, имели письменное подтверждение своего права опеки над храмом.

Благотворительная деятельность

Особое место в деятельности братств, конечно же, занимала благотворительность. Так, например, одной из важнейших задач братств было устройство богадельни (в народе - «шпиталя»), которая являлась средством социального страхования преимущественно для самих братчиков и членов их семей, но одновременно с этим служила и приютом для больных, сирот и вообще всех нуждающихся. В крупных объединениях такой «шпиталь» состоял, как правило, из 3 отделений: гостиницы, отделения для нищих, калек и сирот, и дома для престарелых. Функции дома для престарелых выполняли также братские монастыри. Формы проявления благотворительности включали в себя пожизненное проживание в монастыре (богадельне), освобождение от уплаты за обучение ребенка в школе.

Однако в истории Церкви православные братства сыграли существенную роль не только в качестве благотворительных союзов мирян, но и роль миссионеров, роль исповедников и защитников своей веры в условиях грозящего полного уничтожения Православной Церкви на территории современной Украины. Митрополит Филарет (Гумилевский) выделил два периода в истории православных братств: во время первого они преимущественно занимались попечением о зданиях, содержании духовенства и бедных, имели право голоса при назначении настоятеля монастыря или приходского священника. Гонение на православие, развернутое католиками, привело к переориентации братств из благотворительных в церковные для защиты Церкви и веры в целом.

Моральные принципы существования православных Братств

Естественно, что такая плодотворная и, главное по сути своей, истинно христианская деятельность братств, была бы невозможной без того, чтобы в их среде не культивировались высокие евангельские идеалы: «Важнейший принцип, отраженный в документах братств, это равенство, как важнейшее проявление «братолюбия». Равенство между руководством братства и рядовыми членами должно было существовать при проведении братских заседаний, когда и «старшие» и «молодшие» братчики имеют одинаковые права» (3).

Равным должно было быть и наказание за неблаговидные проступки. Следили братчики и затем, чтобы принцип равенства неукоснительно соблюдался и в братских школах. Более того, принцип равенства распространялся даже на умерших. Так, в братствах было принято устраивать одинаковые похороны вне зависимости от социального статуса умершего.

Конечно, многие члены братств сознавали, что требование равенства всех членов братства может вызвать реальные трудности, в частности оно противоречило процедуре избрания «старейшин», которые наделялись в братствах особыми правами, характерными для руководящих должностей. Именно поэтому члены Львовского братства: «…а вслед за ними и комаренцы, включили в устав осуждение возможного карьеризма… Надменность и презрение по отношению к другим людям также считалось тяжким прегрешением… В числе проявления гордыни упоминалось пренебрежение к мнению других братчиков, нанесение обиды и отказ от примирения, ругань и ссоры, причем прощения за них нужно было просить у всего братства» (4).

Борьба с католицизмом и унией

Важнейшим направлением деятельности братств и наиболее действенной мерой борьбы против перехода православных в католицизм, протестантизм и унию являлась организация школ. Наиболее известными из которых были львовская, виленская, киевская и луцкая школы. Также ряд братств получил право на создание своих собственных типографий (Львовское Успенское, Виленское, Могилёвское, Киевское). Братства выпускали учебники, полемические произведения, богослужебные и четьи-книги, братские документы, постановления Соборов Западнорусской митрополии.

И как показал дальнейший ход событий, организация таких типографий оказалась, как никогда, кстати: после 1596 г. основными направлениями деятельности братских типографий, как раз и стала борьба с Брестской унией, а также выпуск богослужебной и просветительской литературы.

В итоге, такая активная работа православных братств вылилась в настоящее братское движение, характерными чертами которого были: регулярные контакты между братствами, заключавшиеся в обмене посланиями, литературой, деньгами, в переходе учителей и проповедников; совместные акции – выступления против действий отдельных архиереев, обращения к светским властям Речи Посполитой, участие в Соборах Киевской митрополии. Со временем в состав братств стали постепенно вступать православные вельможи и дворянство. В силу чего братства превратились едва ли не главную силу, способную вывести православную Церковь из кризиса.

А кризис действительно был и одним из проявлений этого кризиса являлся открытый конфликт некоторых епархиальных архиереев (боящихся утратить свое влияние на православных) с православными братствами. Так, например, Успенское братство неоднократно жаловалось Константинопольским Патриархам на действия епископа Гедеона (Балабана).

В частности, в 1586 г. оно направило Патриарху Феолипту II послание с обличением пастырей, которые выступают против «учения и учащих» и не только не наставляют на путь истины недостойных священников, но и покрывают их беззакония. После того как епископ Гедеон пытался силой захватить Уневский и Онуфриевский монастыри, а также типографию, принадлежавшие Успенскому братству, спор рассматривался в 1589 г. на Соборе западнорусских архиереев во главе с Константинопольским Патриархом Иеремией II.

В результате этого спора Собор постановил переподчинить братский Онуфриевский мононастырь Киевскому митрополиту: «Необходимость преобразований в Церкви обсуждалась также на Брестских Соборах Западнорусской митрополии (1590–1594), в которых самое активное участие приняли православные братчики. Так, например, к Собору 1594 года обратились Виленское братство и православное дворянство Великого княжества Литовского с важными предложениями, направленными против епископов, которых воспринимали как препятствие на пути к улучшению положения Церкви. По мнению авторов обращения, доходы епископских кафедр должны использоваться на содержание школ, строительство храмов и больниц» (5).

Рассматривая эту ситуацию с высоты нашего времени мы можем сделать однозначный вывод о том, что интересам Церкви отвечала именно позиция православных Братств (в отличие от позиции большинства архиереев, значительная часть из которых в последствии уклонилась в унию): «К концу 16-го века братства стали представлять реальную угрозу для западнорусских  архиереев, не без основания опасавшихся, что Константинопольский Патриарх по просьбе братств проведет Собор, на котором будут рассмотрены злоупотребления епископов. (В 1592 Львовское братство обратилось к Константинопольскому Патриарху Иеремии II с просьбой прислать в Речь Посполитую Патриаршего экзарха для суда над недостойными архиереями и смещения их с кафедр; с такой же просьбой братство неоднократно обращалось и к Александрийскому Патриарху Мелетию Пигасу, прося его посетить Киевскую митрополию» (6).

Опять же, проблема уклонения православных архиереев в унию имела под собой глубокие и далеко идущие «корни». И не замечать эту проблему было уже невозможно, т.к. по сути она была вызвана общим упадком церковной жизни (особенно в среде духовенства), а также хаосом, который вносили в эту самую церковную жизнь светские власти: «… отпадением многих вельмож и дворян в середине 16-го века в лютеранство и кальвинизм, а затем и в латинство, обладание ими такими серьезными правами, как подавание церквей и монастырей так и назначением духовных лиц в священники и настоятели сих храмов и монастырей, произвело громадное замешательство в православной церковной жизни и породило многие бедствия в стране. Из истории известно, что в правление короля Александра, всех трех Сигизмундов и Стефана Батория, эти польские короли отдавали монастыри и церкви людям светским за их военные и гражданские заслуги; не редко не обязывали их к принятию духовного сана; мало того, иногда отдавали православные монастыри и епископские кафедры даже при жизни прежнего настоятеля или епископа новому лицу или же двум разом; и наконец, в довершении всякого беспорядка, поручали светским неподготовленным людям управлять целой епархией. Вслед за королями злоупотребляли своими патронскими правами и дворяне, закладывая, променивая и отдавая в пожизненное управление церковную собственно находящуюся в их поместьях, иногда светские ктиторы монастырей прямо забирали в свои руки монастыри и управляли ими.

Благодаря описанным выше злоупотреблениям и полному произволу, места настоятелей монастырей и церквей стали предметом недостойных искательств, интриг, торга между различными претендентами вступавшими иногда друг с другом в открытую борьбу и драку, которую они производили с помощью своих слуг и наемных людей… Такие беспорядки не могли не отразиться на всем образе жизни некоторых духовных лиц, которые часто променяв из-за земных благ саблю на клобук, продолжали вести открыто светский образ жизни и потому не мудрено было в те времена встретить женатых настоятелей монастырей и даже епископов» (7).

Впрочем, не только епископы-униаты опасались деятельности православных Братств. Не испытывали к ним симпатий и светские власти Речи Посполитой. Так, например, королевская грамота с условиями унии подтверждала правомочность существования только тех церковных братств, которые признают верховенство Римского папы и своих епископов.

Деятельность Братств после 1596 года

После того как планы западнорусских епископов о заключении унии с католической Церковью стали общеизвестными, братчики возглавили движение в защиту Православия. На православном Брестском Соборе в 1596 г. присутствовали представители более 20 братств, протестовавших против заключения унии. Широко известна деятельность проповедника Виленского Троицкого братства Стефана Зизания, сначала боровшегося против планов унии, а затем, после 1596 г., обличавшего униатских иерархов. Братства предпринимали совместные акции по защите православной веры. Одной из форм борьбы стали регулярные протесты в судах и сеймах коронных земель и Великого княжества Литовского против действий униатской иерархии и католических властей.

Парадокс ситуации состоял в том, что в тех городах где братства вели активную антиуниатскую деятельность и пропаганду, обстановка оставалась спокойной и более или менее приемлемой для православного населения. Т.е. решительный и последовательный отказ братств крупных городов поддерживать унионные планы, приводил к отсутствию конфликтов на межрелигиозной почве. Это: «… наглядно показывает пример с львовским властями, представители городских магистратов не были заинтересованы в нарушении общественного порядка и экзальтации напряженности в городе, и потому не стремились сделать явным имеющееся противосстояние» (8).

Данная ситуация может служить хорошим примеров ошибочности взглядов некоторых наших братьев по вере, желающих молча отсидеться, до лучших времен, замкнувшись исключительно на совершении богослужений и треб.

В начале 17-го века православные Братства являлись главной силой, принимавшей активное участие в сопротивления униатским властям в Вильно, Луцке, Слуцке, Полоцке и других городах. Братства издали подавляющую часть антиуниатской и антикатолической литературы. Именно поэтому униатские архиереи настойчиво стремились подчинить себе союзы мирян или уничтожить их. Так, в Бресте местный еп. Ипатий (Потей) разогнал братство, отобрав у него школу и другое имущество.

Однако, несмотря на запрет со стороны королевских властей, братства поддерживали связи с Константинопольским Патриаршим Престолом и способствовали восстановлению православной иерархии в Киевской митрополии. Иерусалимский Патриарх Феофан, посетивший Киев в 1620 г., подтвердил привилегии ряда братств и даровал ставропигию Луцкому, Слуцкому и Киевскому православным братствам. Вскоре союзником братств стало казачество, в 1620 г. казаки во главе с гетманом Сагайдачным вступили в состав киевского Богоявленского братства.

Ссылки:

1.      Выступление митр.Киевского и Галицкого Филарета на Поместном Соборе РПЦ. Православный вестник. 1971 г., № 12, с.2.

2.      Стратегия восточной экспансии УКГЦ http://uoj.org.ua/publikatsii/tochka-zrenija/strategiya-vostochnoy-ekspansii-ugkts-chast-1-pochemu-glava-uniatov-svyatoslav-shevchuk-postoyanno-l  http://uoj.org.ua/publikatsii/govorit-istoriya/strategiya-vostochnoy-ekspansii-ugkts-chast-2-go-east-

3.      С.С.Лукашова. Миряне и Церковь: религиозные братства Киевской митрополии в конце 16-го века. Москва. 2006 г. Институт славяноведения РАН.

4.      С.С.Лукашова. Миряне и Церковь: религиозные братства Киевской митрополии в конце 16-го века. Москва. 2006 г. Институт славяноведения РАН.

5.      Православная Энциклопедия. Том № 6. «Братства православные». Москва, 2003 г. С.203

6.      Православная Энциклопедия. Том № 6. «Братства православные». Москва, 2003 г. С.203

7.      А.А.Попков. Братства. Очерк истории западно-русских церковных братств. Из-во Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. 1900 г., с. 39, 40.

8.      С.С.Лукашова. Миряне и Церковь: религиозные братства Киевской митрополии в конце 16-го века. Москва. 2006 г. Институт славяноведения РАН. 


Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
В Умани хасиды подожгли крест
Система Orphus